Попаданец 2.0

Наш боевой молот, конечно, вещь хорошая, но родитель твой своей МСЛ таких дел мог наворотить. Упаси Отец Тоннелей.

– МСЛ? Малая сапёрная лопатка… Отец? – доходило до меня туго. – Отец – в смысле Данил?

– Он самый! Кто ж ещё. Я вот только не могу вспомнить тебя, сынок, чей будешь-то? Не Милены и не Регины, на Кель тоже не похож…

– Ты уж извини старого, не всех я Данькиных баб знаю. Батька твой тем ещё кобелём был, ты уж на правду не обижайся, вот и не могу сразу вспомнить имя твоей матери.

– Погоди. Стоп! Ты что-то путаешь.

Да, мой родной отец был ещё тот ходок, но ты его знать не мог. Да и детей у него кроме меня не было, а тем более тут! Я, как бы это сказать, не совсем местный, точнее совсем не местный. Ещё пару недель назад я даже не догадывался о существовании всего этого безобразия! Так что извини, дядя, обознался ты, хотя согласен, совпадение забавное.

– Эво как, а я-то, старый, всё думал, что за Игоря Нечаева все выпучив глаза ищут. Поржал ещё – как это Нечаев может взять и потеряться… – улыбка сползла с лица карлика.

 – А уж не Софьи ли ты, часом, детёнок? А ну-ка, пойдём в дом, перекинемся парой слов.

Я отставил налитый кубок в сторону. Первых два даже не заметил, настолько сильным был шок от услышанного. Признаюсь, пошёл я с местным авторитетом чисто на автопилоте, стоило ему произнести имя моей матери. Но теперь слегка отпустило, а накидываться алкоголем «на старые дрожжи», то бишь, когда вчерашнее ещё не выветрилось, было чревато. Тем более гном, или, как он представился, вольный дворф Бирин Фамсон, рассказывал мне чрезвычайно занимательные вещи.

– Ну что, пришёл в себя? – разместившись в высоком кресле, так, что ноги, не доставая до пола, умещались на специальной полочке, карлик вполне комфортно чувствовал себя за высоким столом, предназначенным для представителей более высоких рас.

– Дай мне секунду, – я пытался уложить в мозгу то, что услышал. – Значит, между нашими мирами существует действующий портал, так?

– Гладь, – поправил меня дворф, удовлетворённо кивая.

 – Не портал. Переход называется «гладью». Ещё как существует. Твои соотечественники, русские, прямо толпами шастают по вашему Чёрному Герцогству.

– И открыл его мой отец, так? – не давая себя сбить, я гнул свою линию.

– Так, – карл тяжело вздохнул. – Он был одним из первых пришельцев новой волны. Таких вот переселений в истории нашей Орхестры было несколько, но лишь твоему батьке, первому из попавших сюда, удалось открыть гладь в свой мир, а главное, удержать её.