Попаданец 2.0

Боевые звёзды в пять, семь или двенадцать лучей-участников, объединяясь и действуя как один организм, просто сносили любую защиту, не давая и шанса на спасение. А уж случаи, когда действовали несколько звёзд, были на слуху очень и очень долго.

И в один из таких эпизодов, шесть лет назад, штурмуя замок мятежного графа, уже будучи центурионом-направляющим, командиром одной из звёзд, собиравшим и перенаправлявшим потоки магии от своей команды к Указующему, принимавшему их от нескольких групп и задающему цель, Марсию выпал шанс показать себя.

Он не впал в панику, когда того подло убили хаотической магией. Несмотря на смертельную опасность просто распасться пылью, от объёма набираемых сил Гай Секстус подхватил потоки и закончил заклятие, сравнявшее гнездо заговорщиков с землёй.

Это оценили в верхах, сделав его самым молодым Указующим в истории. И пусть с тех пор прошло не так уж много времени, воин мог с уверенностью сказать, что видел многое, ведь работа для «волкоголовых» находилась всегда.

И никому из врагов королевства не удалось поселить в его душе страх. А вот эти союзники из Чёрного Герцогства – смогли.

Про них было мало что известно. Марсий хорошо помнил время, когда он только поступил на службу. В казармах частенько обсуждали вопрос, когда же последует команда наказать зарвавшегося проходимца, решившего встать в один ряд с высшей аристократией Серентии. А потом появилась информация про Гладь, пришельцев из-за неё, в главное, про дочь Великого Канцлера, предмет обожания всех «волкоголовых», Регину, ставшую женой этому Чёрному и отправившуюся жить в иной мир.

Её дочь – Татьяна, заменила мать и стала любимицей деда, затмив собой всех других внуков, и со временем стала играть значительную роль в его делах. Но ещё больше времени она проводила у Чёрных. Те же, закрыв свою территорию даже от «Цепных псов королевства», лишь изредка посылали разведывательные отряды, которые иногда приходилось прикрывать именно «волкоголовым».

Вот и от сегодняшнего задания Гай Секстус не ждал ничего необычного. Виданное ли дело, взять живым эмиссара фиолетовых, да ещё самого Арахнида. Паука!

Пусть попробуют, тем сильнее будет горечь их поражения, думал он. И дело даже не в том, что официально его прихватить было не за что. Вопрос был в том, чтобы сделать это чисто, чтобы никто не догадался, чья это работа. И взять его следовало живым! Иначе вся заявленная операция теряла свой смысл.