Попаданец 2.0

Взять этого недоросля на простейший болевой, уронить с подсечки и довести руку до хруста в зажатых могучими мускулами суставах оказалось плёвым делом. И тем не менее Бруно взревел от нестерпимой боли, только когда я почувствовал, что сейчас ещё немного и я сломаю ему руку. Пыхтя, попытался пересилить меня, а затем и вовсе встать, стряхнув тщедушного по его меркам человечка, вот только насколько бы он ни был силён, с коленом, придавившим ему позвоночник на уровне поясницы, сделать это было непросто.

– Ты бы мне паренька не портил, – раздался сбоку голос капитана.

– Напомните-ка мне, а что происходит с хозяевами, когда они сами нарушают законы гостеприимства? – холодно парировал я, боковым зрением наблюдая за капитаном.

– У благородных обычно всё сводится к кровной вражде между родами… – дёрнул плечом воин. – Но это не твой случай, парень. Мордой не вышел, да и сомневаюсь я, что в тебе течёт хоть капля голубой крови.

– Облабали сделку и теперь хамить изволите? – ехидно поинтересовался я, продолжая удерживать оруженосца в захвате.

– Есть за что, – отрезал я, – не заметил, чтобы вы хоть пальцем пошевелили, дабы остановить своего имбецила-переростка.

– Возможно, я был не прав… – прищурился Лех, кладя руку на рукоять своего меча. – Вот только подумай головой, парень, правильно ли ты себя ведёшь в этой ситуации. Стоит мне крикнуть, и здесь немедленно появятся…

– Ещё одно движение в мою сторону – и будете хоронить своего недоразвитого, – предупредил я.

– Дядя Лех! – просипел Бруно, отплёвываясь от сора, обильно покрывающего пол. – Не вмешивайтесь, прошу! А ты, святотатец… Я… Я, Бруно Сурия Изабелла Демучико, вызываю тебя, воин, на Суд Чести! Пусть Всеправедный Элор рассудит нас в честном поединке и дланью своей покарает неверного!

Что-то гулко громыхнуло в пространстве вокруг нас, и я буквально почувствовал, как задрожала и завибрировала карточка в подвязанном на поясе кошеле.

– А вот это уже серьёзно, парень! – нахмурился старый воин, отпуская своё оружие и отступая на несколько шагов. – Ты обязан принять этот вызов! Поверь, теперь до вашего поединка на тебя никто не посмеет даже руку поднять.

– С чего бы это мне верить ва…

– Он говорит правду! – пискнула Юна. – Я чувствую, как на тебя обратило внимание что-то непостижимое! Мне страшно!

– Зря ты это сделал, Бруно. Недопонимание мы бы, возможно, решили и по-другому.