Попаданец - лучшее

– Ерунда! Так что привезти?

– Формы у меня дома нет, придется покупать новую, но это успеется. Привези, на первый случай, мои галифе и гражданский китель, кожан, ботинки какие-нибудь, белье… Старый несессер на верхней полке в шкафу… И да, денег привези, пожалуйста. Тысячу рублей одолжишь?

– Я поняла, – сухо ответила на это замечание Надежда, – ты ударилась головой.

– Не знаю, Надя! Я действительно головой приложилась. Никак не соображу. Прикинь сама. Я голая в буквальном смысле слова. Ничего своего, но с Флота меня пока не списали, так что хоть что-нибудь привези, чтобы голой задницей по коридорам не светить.

И смотри, Якову ни слова! А теперь давай закругляться, а то тут человек вся на нервы изошла.

– Хорошо, Лизка! Держись! Утром буду!

На том и расстались.

Итак, некоторые из первоочередных вопросов были благополучно разрешены, но не все. Голод не тетка, да и курить хотелось немилосердно. Поэтому, переговорив с Надеждой и поблагодарив дежурную сестру, Лиза направилась в третью палату. Она сомневалась, что изувеченный в бою старпом знает о крейсере больше нее.

Но, с другой стороны, перелом ног не обязательно означает потерю сознания. Может быть, видел что, слышал, с кем-то говорил?

Лиза прошлепала босыми ногами по коридору, подошла к выкрашенной в белый цвет двери, постучала костяшками пальцев. Вежливо, но решительно, «извините, конечно, но я все равно войду». И, дождавшись разрешения, вошла в палату. Монастырев лежал на кровати в той неудобной, беспомощной позе, которую поневоле принимает человек, ноги которого мало того что закатаны в гипс, так еще и подвешены на растяжках.

Его красавица-жена сидела в изголовье кровати, но, судя по некоторым признакам, едва успела выпрямиться перед тем, как вошла Лиза. Наверняка рыдала на груди героя…

«Или целовались… Или хотела отсосать…»

– Здравствуйте, Сергей Мартынович! – Лиза вошла в палату и не мешкая привалилась плечом к притолоке. Ноги ее держали, но не сказать, чтобы уверенно. – Как сами?

– Да вроде ничего, – попробовал пожать плечами старпом.

 – А вы, Елизавета Аркадиевна? – он был явно удивлен ее визитом. – Я к тому, что мне еще сегодня днем сказали, что вы того. Ну, то есть не жилец.

– Нет, Монастырев, – покачала головой Лиза. – Это они поторопились. Меня убить не так просто, как кажется. Живучая я. Это, к слову, уже третья или четвертая попытка. Зависит, как считать. Однако вот она я.

– Если честно, рад безмерно, – улыбнулся старпом. – Было бы жаль… – помрачнел он.