Попаданец - лучшее

Никанор-то сам до боярина дорос, да вот годами уже преклонен, восьмой десяток ему, так что, как здоровье поправит, в сотники пойдет али в полутысячники, но на десяток уже не вернется. Держал я его там только как узду для ватаги этой. Но раз ты у меня, так тебе и десяток этот. Завоюешь их доверие – быть тебе полководцем. Нет – не обессудь. – Егор Тимофеевич развел руками. – Вот такой мой сказ тебе. По имуществу и прочему – зайдешь к Тарасу. Он внизу в казарме сидит. Там у него и склад, и книги.

Примешь все, что есть, и возьмешь, чего недостает. Строго смотри на припас огненный, чтобы свежим был, да лекарские свитки и зелья все с печатями. Ну, за последнее можешь сильно не переживать. Тарас все проверит. Это по его части. Вопросы есть?

– Да какие тут вопросы. – Горыня хмыкнул. – Вопросы будут, когда я в этой истории разберусь. А пока ничего не знаешь, какие вопросы.

– Ну и ладно. – Князь кивнул. – Иди сейчас к Тарасу, а там и десяток твой подойдет.

Советую повечерять с ними да все обговорить ладом.

– Понял, сделаю. – Горыня поднялся и, поклонившись на прощание, вышел из кабинета.

– Ну? – громко произнес князь, когда стихли шаги Горыни по коридору и в стене открылась маленькая дверка, откуда вышел волхв.

– Не нукай, не запряг, – сварливо отозвался Никифор и, отряхнув плащ от пыли, посмотрел на князя. – Говорил и повторю еще раз. Дашь десяток – справится с десятком. Дашь сотню – будет и сотней командовать.

Насчет тысячи не уверен, но пооботрется в наших делах, можно и на тысячу ставить.

– Не знал бы тебя с малолетства, не поверил бы. – Князь покачал головой. – Ну да чего уж. Десятку тому, и правда, новый командир был нужен. А княжич молодой, как раз к тому способен. А проявит себя, так и полусотенным сделаю.

А Горыня первым делом зашел в кабак, где кормили княжеских воинов, и заказал стол на пятнадцать человек. Десяток только назывался таковым, а людей в нем могло быть куда больше.

Вот и в десятке Горыни числилось пятнадцать воинов, а всего в Перуновой сотне Медведевского уезда было сто восемьдесят пять воинов. Десяток ему действительно достался непростой, но и в той, прошлой, жизни у него было достаточно много сложных сослуживцев. И кавказцы, признающие только авторитет силы и мастерства, и украинцы мечтающие забраться куда-нибудь потеплее, и всякого хватало. Так что этого испытания он не боялся.