Попаданец. Маг Тени. Книга 5 (СИ)

Что бы такого сейчас влить в перл? Джисе явно понравится и всё то, что приводило в восторг Таню, его подругу-стихию: сказки Пушкина, Андерсена или Шарля Перро, Конёк-Горбунёк, Алиса в стране чудес, другие подобные истории. Что ещё? Немченко улыбнулся, подумав, как запустит любимой сериал Полицейский с Рублёвки или фантастику Чужой, Терминатор, Челюсти. Почему бы и нет? Да даже старую советскую классику можно будет попробовать показать: Фантазии Веснухина, Иронию судьбы.

Про Таню ещё нужно не забыть, пришла мысль. Андрей погасил световой амулет в комнате, спальня теперь освещалась только полудиском луны, заглядывавшей в узкое окно, и красными отблесками жаровни, разрушил иллюзион в жемчужине и погрузился в слой сумрака.

Какую? Немченко остановил свой сегодняшний выбор на фильме Война и мир. Там есть и грохот канонады, и прекрасная музыка, и блеск высшего света, и любовь, и страдания, и много-много ещё чего.

— Что покажешь? — Таня встретила его на пороге своего царства.

— Киноэпопею замечательного режиссёра. Ты такого масштаба историю ещё не видела.

— Надеюсь, не про войну? — тень села на кровать в ногах у своего адепта.

— Будет немного и сражений, но фильм не о них.

Андрей закрыл глаза. Так ему было проще, ничто не отвлекало, особенно эмоции подруги.

Завершил работу он далеко заполночь, что не помешало ему хорошо выспаться и с самым рассветом на заднем дворе возле своего фургона провести весьма интенсивную тренировку.

За его упражнениями внимательно наблюдал дворовый мальчишка, правда, недолго. Получил подзатыльник от вышедшей из поварской злой тощей тётки и побежал таскать дрова из-под навеса.

Завтракал в компании с одним только Гремшиком. Остальные вояки после бурной ночи ещё отсыпались.

— Я их разбужу. — сказал десятник, густо покраснев, когда служанка, споро накрывавшая стол бросила на него лукавый взгляд.

Неужели был девственником? Или там другое, влюблённость? Ещё не хватало, чтобы унтер-офицер ола Рея всерьёз прикипел к этой вертлявой молодке, на которой, чувствуется, клейма ставить негде, мало что свободная горожанка.

— Не надо никого будить. — великодушно отмахнулся Немченко, придвигая к себе сковороду с яичницей и колбасками. — Пусть отдыхают.

— Я могу с вами пойти.