– Дел-то ваша подопечная уже наворотила с избытком, хоть ковшом расхлебывай, – старец демонстративно сердито хлопнул сухонькой ладонью по столешнице. Затем сдвинул брови к переносице и принялся буравить меня тяжелым взглядом.
Я нарочито потупилась. Уверена, Пожарский ждет раскаяния и смирения, так пусть немного порадуется да наконец-то расскажет, что мне приготовил. Хотя, в принципе, уже все понятно: предложит что-то совершенно неприемлемое. Ведь не зря же целый спектакль разыграл.
– По молодости да по глупости создала ты, девонька, проблему серьезную, – глава рода глубокомысленно пожевал губами.
– Нет бы ко мне прийти, поклониться старшему как положено, чин по чину пожаловаться на Наталью. Ты же поступила как дите малое, неразумное: в Школе настоящий цирк устроила, еще и словами громкими бросалась, – он грозно прищурился и веско добавил: – Придется исправлять.
– Ваши предложения? – я любезно улыбнулась.
Граф Пожарский задумчиво потеребил седую бороду, а потом, шумно выдохнув, неодобрительно скривился.
– Порченая ты, конечно. Не девицу в такой знатный род, как наш, вводить рискованно: на генах может сказаться. Но, вижу, внуку моему уж больно приглянулась. И такую, – старый интриган поморщился, – возьмет. Да и кровь у тебя хорошая, – он откинулся на спинку кресла, словно в сомнении потер нос.
А я просто наблюдала. Ручаюсь, через несколько секунд он заявит, что мне жизненно необходимо выйти замуж за Алексея. И вот откуда, интересно, знает, что я больше не девица? Вроде нам с Костей никто свечку не держал.
Блефует? Или артефакт какой-то есть? Впрочем, без разницы. Внебрачной утратой невинности меня не пронять.
Мастерски выдержав паузу, Федор Лукич припечатал:
– Так уж и быть, завтра объявим о вашей с Алексеем помолвке. Наталью пока от греха подальше отправлю в монастырь. В сети расскажем про ее нервный срыв: дескать, ведать не ведала про вашу любовь с Алешкой, ревновала тебя к барону Россу без удержу, оттого грязные сплетни и распространяла. Со свадьбой тянуть не будем – сыграем в этом месяце.
Одним махом всем сплетникам рты-то и заткнем, – он нравоучительно поднял палец: – Старших надобно почитать и беспрекословно слушаться. Только мы и можем наставить молодых на путь истинный, научить, как поступать правильно."
"– Ваша правда, Федор Лукич, старших полагается уважать, – сосредоточенно покивала я. – В данной ситуации для рода Пожарских, безусловно, возложить всю ответственность на Наталью – лучшее решение.
