— Хочешь, чтобы я стал первым неодаренным королем за всю историю?
— Кто сказал, что ты станешь королем?
— Нет, ты этого не сделаешь…
— Ты плохо нас знаешь, сын, если так думаешь.
Похоже, мы все стали невольными свидетелями грядущей смены династии. Если король не передумает, следующим правителем будет Рэйф. Что ж, пожалуй, это замена к лучшему.
От шумных семейных разборок у меня разболелась голова. Принц визжал фальцетом, королева рыдала навзрыд, король ругался как сапожник. А я решила, что мне хватит своих проблем с мужем, не хочу вникать еще и в чужие.
Мое дальнейшее присутствие здесь не требовалось. Теперь я была спокойна за Мириам — король знает правду и не допустит, чтобы дочь страдала дальше. С принцессой все будет хорошо.
А что станет с Годвином, если честно, меня не заботило. Одно радует — ради него не погибнет ни одно магическое животное. Уже приятно.
Я прошла мимо короля прямиком к выходу. Никто не пытался меня остановить, даже Аршер, и я покинула покои. Пусть скандалят без меня, а я, наконец, отдохну.
Это был чертовски сложный и нервный день. Если я немедленно не доберусь до кровати, то отключусь прямо на ходу.
Я добралась до своих покоев на автопилоте. Войдя, сразу направилась в спальню, к кровати. Кое-как доковыляла до цели и рухнула лицом в подушку. Уснула почти мгновенно. Последнее, что почувствовала — как няня снимает с меня обувь и накрывает пледом.
Не знаю, надолго ли я отключилась, но когда проснулась, за окном была глубокая ночь. В спальне на минимуме горела всего одна масляная лампа.
Она больше удлиняла тени, чем давала света.
Я, как заснула лицом в подушку, так и очнулась. От долгого пребывания в одной позе все затекло, и я не без труда перевернулась на спину.
— Ой! — вскрикнула от неожиданности и испуга.
В изножье кровати, привалившись к спинке и скрестив руки на груди, сидел мужчина. Сфокусировав взгляд, я узнала Аршера.
— Ты меня чуть до инфаркта не довел, — проворчала. — Как давно ты здесь?
— Пару часов, — пожал он плечами.
— Просто сидишь и смотришь на меня? — удивилась я, про себя надеясь, что не храпела во сне.
— Любуюсь своей женой.
— Это было жутко, — сообщила Аннабель. — Он практически не моргал."
"— Могла бы меня разбудить, — пробормотала я.
— Могла? — переспросил Аршер, а потом догадался: — Ты говоришь не со мной, а с призраком.
После его слов возникла напряженная пауза. Наши отношения запутались как никогда. И тот факт, что мы консуммировали брак, только сильнее все усложнял.
Мы врали друг другу.
