Попаданка для дракона

Не докричишься. Ладно, сейчас сам появится и в очередной раз спасет несчастную попаданку.

Однако время шло, а в дом так никто и не входил.

Сначала я думала, что он занимается похитителем: связывает, прячет где-нибудь в кустах вялое тело. Затем всполошилась, а вдруг это его связывают? А потом…потом я услышала странный звук, очень похожий на жадное чавканье голодного животного.

— Р…— чуть не закричала, но в последний момент осеклась.

Внутренний голос настойчиво твердил: молчи, дура, молчи.

Меня затрясло, забило крупной дрожью, по спине липкими щупальцами прошелся ужас.

Глубинный, пробирающий до самых костей, такой что хочется забыть обо всем и бежать сломя голову, не разбирая дороги.

В чувство меня привел очередной раскат грома. Треснуло над самой домушкой, так что окна затряслись.

Я вздрогнула, выныривая из паники, зажмурилась крепко-крепко, собирая воедино остатки здравого смысла и самообладания. Нельзя сдаваться. Никак нельзя.

Переводя запуганный взгляд то на дверь, то на ножницы, я принялась снова пилить веревки.

От усердия на лбу выступил пот. Дышать едва получалось, и сердце трепетало так, что его бой сливался в сплошной гул."

"Когда с легким щелчком треснуло последнее волокно веревки, у меня из глаз покатились слезы облегчения. Несколькими осторожными движениями я размяла затекшие запястья, восстанавливая потерянную чувствительность. Сорвала кляп, облизала саднящие губы и тихо выдохнула, сдерживая всхлип.

Оставалась веревка, стягивающая ноги. Я наконец могла до нее дотянуться и попробовать развязать, но увы, и на ней был такой узел, что пальцы обломаешь, пытаясь распутать.

Тогда я взяла ножницы, с трудом приноровила их к плотно затянутым путам и со всей мочи нажала на тугие ручки.

Раздался металлический скрежет. Настолько громкий и пронзительный, что чавканье на улице затихло.

Мамочка моя…

Я начала истерично дергать надрезанную веревку, а на крыльце уже раздавались неровные шаркающие шаги.

Руки тряслись все сильнее, в ушах нарастал шум.

Казалось еще мгновение, и я просто свалюсь на пол в глубоком обмороке, или начну смеяться как сумасшедшая. Это ночь точно добавит мне много седых волос…если я ее переживу.

А-а-а-а, давай же! Давай!

Я билась как бешенная, царапала, не жалея ногтей, и веревка поддавалась, но очень медленно, а на пороге уже маячила страшная тень.

Когда в избушку боком протиснулся человек, я замерла, уставившись на него во все глаза. Вернее, на нее.

Это была женщина.