– Прекрати! – вспылил Тьер. – Она не каменная дева.
– П-поэтому ты злишься.
– На что ты намекаешь? – сощурился Тьер.
– Т-ты хочешь, чтобы это была она. Если она не каменная дева, то умрет, надев корону. Это будет печально.
Джем редко говорил так много и долго. Для него это была целая речь. Надо же, справился почти без заикания. Просто поразительно, как самозванка влияет на всех вокруг.
– Мало ли чего я хочу или чего хочешь ты, – произнес Тьер. – Наша обязанность – исполнить пророчество. Только это имеет значение.
Или хочешь навсегда остаться зеленой жабой?
Последнее он сказал зря. Знал ведь, как Джем реагирует на свою внешность. В личных покоях он разбил все зеркала, чтобы только себя не видеть.
Мига не прошло, как Джем зашмыгал носом. Плачущий тролль – то еще зрелище.
– Прости, братишка, – повинился Тьер, – я не хотел кричать на тебя. Но ты должен понять, что у нас нет выбора. А за самозванку не волнуйся, с ней все будет в порядке. Она просто откажется от коронации, вот увидишь.
– И ч-что т-ты сделаешь с н-ней п-потом? – заикаясь сильнее обычного из-за слез, спросил Джем.
– Ничего. За кого ты меня принимаешь? Я лишь выведаю у нее, где настоящая каменная дева, а потом отпущу.
Джем неохотно кивнул. Но хоть плакать перестал.
Тьер откинулся обратно на подушки и прикрыл глаза. Надо хоть немного поспать. Вряд ли этой ночью Алитея еще раз угодит в неприятности. Она получила хороший урок и теперь будет паинькой.
Он уснул быстро, а проснулся оттого, что не мог дышать. Словно плиту кто-то на грудь положил.
Могильную. И не вздохнуть.
Открыл глаза и увидел пожирателя снов – тот сидел прямо на его груди.
– Просыпайся, высочество, – произнес пожиратель, обнажая клыки.
– Брысь, – хрипло выдохнул Тьер и дернулся.
Пожиратель скатился на вторую половину кровати и сообщил:
– Твою каменную даму прямо сейчас на кухне жрут упыри. Если поторопишься, успеешь спасти. Ну или позавтракаешь с упырями. Тут уж как пожелаешь.
Тьер застонал. Что за девушка? Не мига без приключений!
***
Коридоры Северного замка поражали своим однообразием.
Камень и холод – вот и все, что здесь есть.
Поначалу мы с Амфи передвигались с опаской. Осторожно выглядывали из-за угла, прежде чем свернуть. Но никто не попадался нам навстречу, и мы осмелели. Шли уже, не таясь, болтая друг с другом.
Большинство дверей на нашем пути были либо заперты, либо за ними находились нежилые комнаты с мебелью, завешенной простынями. Оно и понятно, в замке почти нет жильцов.
