Я была с ним солидарна в этом вопросе.
– Нам обязательно идти в склеп? – уточнила я у Джема. – Просто расскажи своими словами, что там в пророчестве. Его-то ты знаешь.
– Н-не могу, – отчаянно затряс головой мальчишка-тролль и снова покрылся красными пятнами смущения.
Я озадачено нахмурилась. Что там такого в пророчестве, что Джем наотрез отказывается говорить? Воображение мигом подкинуло вариант – каменную деву должны принести в жертву сразу после коронации.
Я передернула плечами, отгоняя дурные мысли. Вроде только что выяснила, что Тьер не злодей.
Надеюсь, и не маньяк.
Значит, дело в чем-то другом. Но сколько я ни гадала, даже близко не подошла к содержанию пророчества.
Перед входом в склеп горели факелы. Джем снял один, чтобы осветить нам путь. Тени от факела плясали на стенах, точно демоны.
Извилистый проход привел нас в тот самый зал, где я очнулась. Джем приблизился к каменному постаменту, на котором я лежала, и опустился перед ним на колени.
– Это з-здесь, – указал он на камень.
– П-пророчество.
Пришлось сесть рядом с ним. Тогда я их и увидела – письмена на камне. Закорючки, петельки и черточки складывались в текст."
"В первую секунду я испугалась – мне ни за что это не прочесть! Вот Джем посмеется. Но вдруг все эти на первый взгляд незнакомые значки начали складываться в осмысленную картину. Я умею читать на чужом языке! Впрочем, я и говорю на нем все это время так легко, будто это само собой разумеется. Похоже, я межмировой полиглот.
– Он своей великой силой разрушит проклятие и вернет Северному королевству былую славу, – прочитала я вслух, но ничего не поняла.
Какой еще «он»? Вроде Тьер говорил, что пророчество должна исполнить каменная дева. Так откуда взялся «он»? Или дева меняет пол подобно Амфи…
– У меня ощущение, что начало пророчества где-то в другом месте, – сказала я и поползла вдоль постамента на четвереньках.
Джем двинулся за мной тем же способом. Только он еще держал в руке факел и освещал мне путь.
Так мы и ползали вокруг каменного постамента, пока не нашли начало пророчества.
– Ага, – воскликнула я. – Кажется, это здесь.
– Ч-читай, – кивнул Джем.
Амфи и тот навострил уши. В склепе повисла неестественная тишина, какая бывает в цирке перед смертельным прыжком акробата. Зрители вздохнули и перестали дышать в ожидании трюка.
В этом безмолвии я начала читать:
– «Будь благословенен день, когда каменная дева очнется ото сна. Ее пробуждение несет надежду Северному королевству.
