На нас не просто возложат короны, но и поженят. А пока ночь перед этим важным событием нам предстоит провести врозь.
Впервые за долгое время я засыпала со спокойным сердцем. Предстоящая коронация меня не пугала. Хотя, как вскоре выяснилось, магическим существам тоже было чем меня удивить.
— Это моя корона? Серьезно? — я не верила своим глазам.
Утром меня разбудил Амфи с предложением посмотреть на корону Зачарованного леса. Я, конечно, не смогла устоять и вслед за пернатым пробралась в зал для коронации. Тот располагался на самом верхнем ярусе.
Фактически это была верхушка дерева – открытая площадка с видом на лес.
На деревянном алтаре лежали рядом две короны. По крайней мере, Амфи утверждал, что это они. Но я бы сказала, что птицы-неумехи свили гнезда, поняли, что получилось ужасно, и бросили их. А магические существа их подобрали и почему-то решили, что они сгодятся для коронации.
Ветки, перья, пучки травы, паутина – вот из чего состояли короны. А на той, что была женской, уже какая-то ненормальная пташка снесла яйца.
Говорю же, это гнездо!
— Это еще что за домашняя поделка на урок труда? — я скривилась. — Я это не надену. Не хочу, чтобы мне нагадили на голову. Вот это будет коронация…
— Тссс, — испугался Амфи, — не говори так. Ты обидишь жителей леса, а это чревато… всяким. Я так и знал, что корона тебе не понравится, поэтому показал ее тебе заранее.
— Зачем?
— Чтобы ты была готова и не ляпнула что-нибудь во время коронации.
Похоже, Амфи хорошо меня изучил. Я вздохнула.
Чего не сделаешь ради любви. В моем случае наденешь на голову гнездо… Решив, что это лучше, чем корона каменной девы, я смирилась.
Когда я вернулась в свою спальню, меня там уже ждали. Нет, не слуги, а звери. Птицы, зайцы, белки. Все они пришли, чтобы подготовить меня к коронации. Я прямо почувствовала себя диснеевской принцессой. Осталось только запеть."
"Это были самые необычные приготовления в моей жизни. Птицы поливали мои волосы из кувшинов родниковой водой. Белки своими хвостами терли мне спину, а зайцы вытирали.
А потом принесли платье для коронации, и я ахнула. Оно было живое. На длинной юбке с шлейфом росли настоящие цветы – бело-розовые пионы. От наряда шло такое благоухание, что кружилась голова. С таким платьем и духов не надо.
Верх у платья был лаконичный – из серебристой ткани, обтягивающий, без рукавов. Так все внимание доставалось юбке.
— Ты будешь в нем прекрасна, — мечтательно вздохнула Амфи-девочка.
И я была.
