Это часть избавления от проклятия, — заверила я.
— Включая ту встречу на мосту? — Поддел Кир.
Вместо того чтобы обрадоваться отсутствую доказательств моей неверности, Кир становился все мрачнее. В конце концов, он не выдержал и направился ко мне.
— Где они? — Спросил Кир, приблизившись опасно близко.
— Кто? — Искренне не поняла я. Откуда мне знать, что он там ищет? Может, под «они» он подозревает толпу моих кавалеров.
— Письма от твоего ухажера, его подарки, — просветил меня Кир. — Или он тебе не пишет, а сам приходит?
— Да с чего ты взял, что ко мне кто-то ходит? — Всплеснула я руками.
Ситуация начала утомлять. Я все сильнее злилась, а я, когда в гневе, за себя не отвечаю.
Кир щелкнул пальцами, и страж вызвал из коридора парнишку в переднике поваренка. На вид ему было лет четырнадцать. Он склонил кучерявую голову к полу и ковырял носком пол. Бедняга явно был не рад такому вниманию со стороны князя.
— Перечисли, что третьего дня ела на ужин госпожа, — потребовал от поваренка Кир.
Мальчишка, всхлипывая, ответил:
— Мы принесли в покои госпожи молочного поросенка, глубокое блюдо с печеным бататом, широкое блюдо фруктов, всяческие закуски, две буханки хлеба, тарелку сладостей и кувшин ароматного чая.
— Когда ужин закончился, что вы унесли из покоев госпожи? — Уточнил Кир.
— Пустые блюда, мой князь, — прошептал поваренок.
Мальчишка говорил, а я бледнела. Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Кто бы подумал, что я проколюсь на еде. А я говорила Карлу, что нельзя столько есть! Это обязательно кто-нибудь заметит.
И вот, пожалуйста, самой внимательной оказалась Тиридат.
Едва поваренок замолчал, Кир повернулся ко мне.
— Не хочешь объяснить, кто это все съел? — С издевкой поинтересовался он.
— У меня хороший аппетит, — ответила я. — Особенно во второй ипостаси. На Дар, знаешь ли, уходит много энергии. Надо как-то ее восстанавливать.
— За идиота меня держишь?! — Взревел Кир. — А сама принимаешь мужчин в личных покоях. Я точно знаю, что к тебе приходит возлюбленный.
Я только глаза закатила. Когда мужчина ревнует, первой его покидает логика.
— Тебя послушать, так он приходит, чтобы поесть, — Фыркнула я. — Это даже звучит нелепо. Если бы меня посещал другой, мы бы нашли занятие поинтереснее, чем ужин, — последнее я добавила исключительно из мести. А нечего переворачивать покои вверх дном и кричать на меня!"
"Кир побагровел. Я всерьез испугалась, как бы его инфаркт не хватил. Нельзя так нервничать.
— Ох, как вещи разбросали.
