Гадство! А’арей, чтоб ему три дня мучиться от кашля и диареи одновременно! Выследил нас все-таки. У менталиста свои способы. Что ж, перед ним притворяться бессмысленно. Я открыла глаза и села, привалившись спиной к стене.
Мы находились в небольшом каменном кармане. Справа от меня журчал ручеёк, слева вповалку лежали Ивэлас и Ниас, их запястья и щиколотки связывала веревка. Прямо напротив меня расположился менталист. Он сидел на корточках и перебирал горку украшений-артефактов. С удивлением обнаружила в этой куче две своих заколки и колечко с атакующей магией.
– Гамаиса, у меня мало времени, – буднично начал Риш. – Я просмотрел воспоминания старшей стражницы Сириэллы. Ты давала ей клятву, которую потом нарушила, при этом никакого магического отката не получила. Догадываюсь, что сейчас вы бежите из клана, потому что клятва на крови, данная матриарху клана, тоже не действует. Я прав?
Что сказать? А’арей не какой-нибудь столб-артефакт, который можно обмануть. Он почувствует моё волнение и желание уйти от ответа.
Да и ограничение на количество вопросов его не останавливает.
– Сначала дай мне попить – в горле пересохло. – Не зная, как поступить, я решила потянуть время.
– Неправильный ответ, – в голосе Риша звучал металл. – Я же сказал, что у меня времени в обрез!
Голову резко сдавило, будто её сжал в руках жестокий гигант, от неожиданности я вскрикнула, и боль тут же отступила.
– Не хотелось бы мне делать это так. – Менталист неожиданно оказался совсем рядом, его голос звучал устало, и когда он оказался близко, я увидела лопнувшие капилляры в глазах.
– Скажи мне, клятва данная матриарху клана не действует?
Обида жгла горло. Неужели все, что мы сделали, впустую?! Хотелось орать от разочарования: мечта о свободе, маячившая на горизонте, рассыпалась на осколки. И что теперь? Всю жизнь жить под землёй? Подчиняться Айеари? Каждый день провести в нездоровом обществе, где продают мужчин? Постоянно видеть несправедливость? Варить эту долбанную виагру, зная, что её будут использовать для изнасилования.
Не хочу! Нет!
– Ты же можешь прикоснуться ко мне и узнать сам, без этих варварских пыток, – вызывающе ответила я.
– Все не так просто. Нет времени, нет другого выхода, – рыкнул А’арей. – Отвечай!"
"Снова боль, но на этот я была готова и сразу покинула тело. Неужели еще один любитель причинять боль другим, такой же, как Гамаиса? Он же может, что угодно! Не знаю, влюбить в себя, сделать так, чтобы я сама ему все рассказала.
