"
"Я не особенно обольщалась по поводу своей привлекательности, просто по ночам в горах довольно холодно, а одеяло у нас одно. Как-то так получалось, что в перетягивании одеяла во сне побеждала всегда я. Ночью дроу замерзал, а потом подползал ближе и вцеплялся в меня, поскольку я была сосредоточием тепла. Видимо, ему снилось, что кто-то забирает у него обогреватель, и он всеми способами выражал несогласие.
За это время я привыкла к Наполеонушке, а он – ко мне. Пожалуй, это был самый веселый период сбора трав. Тёмный расслабился, стал чаще улыбаться и больше разговаривать.
Несмотря на приятное соседство, мы оба понимали, что скоро придет время расставания. От кого бы дроу ни скрывался, рядом с пещерами его все равно найдут. Единственный выход для него – это уйти подальше и как можно скорее. Он уже почти восстановился, значит, со дня на день можно отправляться в путь. Мы договорились, что тёмный добудет мне рыбы и мяса, а я наварю ему зелий, необходимых в путешествии, и соберу небольшую сумку с припасами.
Через два дня он должен был уйти.
Это был обычный вечер. Я замешивала тесто на печенье, которое так понравилось Наполеонушке, а он пришивал лямки к будущему заплечному мешку. И тут это произошло. Дроу вдруг повалился на пол и застонал. «Эпилептический припадок! – сообразила я. – Сотрясение мозга не прошло без последствий».
Кинулась к тёмному, чтобы помочь, но, растерявшись, застыла посреди комнаты. Это не было похоже на эпилепсию. Дроу лежал в позе эмбриона, прижав к груди колени и схватившись руками за голову.
В глазах плескалась боль, но взгляд оставался осознанным. Я упала рядом с тёмным на колени и дотронулась до его лба ладонью.
– Скажи, как тебе помочь? Ну же!
– Уходи, – выдохнул дроу, сквозь сомкнутые зубы. Желваки на его щеках вздулись, он прерывисто дышал.
– Что это? Ты знаешь, что это?
– Да, – прорычал он. – Уходи, ты не поможешь.
Тёмный снова застонал от боли, из носа у него побежала струйка крови. Я метнулась за бинтами, быстро намочила полотенце и вернулась обратно.
Дроу заорал. Его тело выгнуло в дугу, пятки заскребли по полу, ладони сжались в кулаки, из его горла теперь вырывался лишь приглушенный хрип. Я попыталась помочь, но сильные судороги не давали правильно расположить тело.
Однажды я видела эпилептический припадок и даже оказывала помощь, но сейчас все было гораздо серьёзнее, гораздо сильнее и страшнее. Так же внезапно, как начался, приступ закончился. Тело дроу расслабилось, сам он задышал ровнее.
