Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

Шипел, потому что громко материться было рискованно. Но шепотом он в выражениях не стеснялся. — Че те от меня надо, сука?! Я тебя за испорченное лицо по судам затаскаю!

Тут он получил щипок ногтями за мочку уха, еле слышно взвизгнул и закусил губу.

— Следи за языком, — напомнила я, — когда разговариваешь с цзе-цзе (прим.автора: старшая сестра, уважительное обращение к девушке выше по положению или немного старше по возрасту). В следующий раз отведу в туалет и вымою рот с мылом.

Стоявший в дверях Санти тихо хрюкнул, скрывая смех.

Но комментировать не стал. Я была благодарна — еще один парень, который просто мог дать воробью по шее или силой усадить на стул, одним своим присутствием удерживал пацана от попытки побега.

— Старшая. Вы все трое с недавнего времени подчиняетесь мне как представителю агентства на этом шоу. Тебе должны были сообщить.

— Знаю, нам сообщили, — неожиданно подтверждающе буркнул воробей. — Но ты ж нянчила только своего белобрысого, вот и продолжала бы облизывать ему зад!

— Еще раз дернешься, нарисую тебе глаз на ухе.

Кто тебя запер?

— Не твое дело. — Несчастье завозилось на стуле и снова закусило губу.

— Мое, — спокойно напомнила я, поворачивая его голову к свету, чтобы удобнее было накладывать тон. — Или сам не знаешь?

— А вот не знаю! Ты меня все равно под своего любимчика ковриком для ног подложишь. Надо же ему на чьем-то фоне сиять! И смысл тебе возиться с моими проблемами?

— Кто тебе сказал? — Когда разговариваешь с готовым сорваться в истерику подростком, самое правильное — самому не впадать в эмоции.

Спокойствие, только спокойствие, как завещал великий Карлсон.

— Да это все знают! Я тут — фон! Та самая страшная подружка, рядом с которой другие смотрятся более привлекательно! Прям как ты! — последнее он добавил, видимо, по привычке. Ну не может обиженное дите не ужалить.

— Я вот не знала, пока ты не сообщил. — Внутренняя Маргарита Вадимовна только хмыкнула на слабую попытку пнуть в больное место. — А ты откуда почерпнул эту информацию?

— Ты дура? Это любому идиоту понятно.

Да что на шоу, даже в самом агентстве… — Он махнул рукой.

— Я не идиотка, поэтому мне непонятно, зачем раз из раза самому себе портить жизнь, — ответила я.

Воробей пыхтел от злости, но цвет лица у него стал ровным. Под моими руками исчезли красные пятна, припухший нос и искусанные губы. Глаза оставались розовыми, но в здешней культуре «заплаканный взгляд» даже у парня — это скорее плюс, чем минус.