Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

А то, что от меня осталось после их дезертирства, шлепнулось с барной табуретки прямо на руки к какому-то… о!

Ого! Это что у нас тут такое? Неужто бицепсы?! Мужик, даже если ты страшен, как черт, плевать, я уже достаточно пьяна! Вот подожди, сейчас я… я… ик!

Увы, глаза мои именно в этот момент решили последовать за ногами. Странно как-то пьянеть кусочками, но… Ай! Все, приношу свои извинения, это не глаза виноваты. Это я, дурында пьяная, так их потерла, что сняла линзы! Одну, кажется, и вовсе порвала, а другую просто потеряла.

И теперь я чувствую бицепсы, вижу неплохой силуэт, но слезы и фиговое зрение так заслоняют обзор, что сверху только светлое пятно вместо лица. Но мне в целом разве не все равно?

— Привет, красавчик! — наконец ответила я. — Сегодня я с тобой, ик. Возражения не принимаются! Вообще!

— Ик, — согласилась гора нездешних мышц. — Я в целом двумя руками за. Но в мотель не хочу.

— Идеально. Поехали ко мне. — Тут я вспомнила про охрану комплекса. — Паспорт у тебя с собой? Или там… водительское?

Ну а что, квартира к моей рабочей личности не имеет никакого отношения.

Она вообще придумана для фиктивной личности. А с нее не убудет… Кстати, кусочки чужой памяти под влиянием алкоголя очень оживились и выдали мне интересный расклад: милая девочка Рита после крушения своей карьеры снимала стресс примерно так же, как я сейчас. Стало быть, можно даже не угрызаться совестью на предмет того, как я, старая кошелка, развращаю себя же — малолетку. Эта деточка могла дать фору любой взрослой развратнице. Может, я и отправилась в бар, следуя ее привычкам. Кстати! Точно!

— Даже справка о состоянии здоровья имеется, — хмыкнул мужчина. — Показать? - звучит немного бредово, но если верить доставшейся мне памяти, у местных такое в порядке вещей.

Короче говоря, мне повезло: бицепсы и рост прилагались к приятной немногословности. Так что я притащила парня к себе в квартиру, почти не встречая препятствий. В такси мы целовались (и неплохо!), в холле целовались, в лифте начали раздеваться… ну, то есть куртки сняли, не более, мы же приличные люди, местами, да.

А вот почти сразу за порогом, после того как захлопнулась тяжелая дверь, дело дошло до трусов и презервативов. Оказывается, мое платье достаточно легко задиралось, а его штаны и вовсе были лишь на нескольких заклепках. Удобно!

Ну, в общем… короче… как бы так сказать… потом было… что потом было… потом…

Потом наступило утро.