Попаданка на 30 дней

— Почему я должен тебе верить? Кто ты такая?

— Иномирянка, — ответила я, вызвав удивление на лице мужчины. — Тебе ведь об этом не рассказала Яраати? Все девушки, которых подослали к Великим, иномирянки. Хочешь сказать, что у тебя в хааспате не осталась какая-нибудь наложница, которая вела себя странно? Недавно появилась, но при этом такого необычного поведения.

Лицо Халифа приобрело задумчивое выражение лица.

— Этого просто не может быть...

— Тогда зачем мне это придумывать? Зачем Яраати пытаться остановить меня, простую фасхаати Великого?

— Она сказала, что хочет видеть меня во главе всего Амитана.

— И ты поверил? — спросила я и тут же прикусила язык. — Прости, я не это имела ввиду. Просто сейчас действительно следует торопиться. Ты ведь знаешь, где находится Сердце пустыни? Она ведь сказала тебе держать меня подальше от этого места?

Мужчина сглотнул и отвел взгляд, едва не задев губами мою щеку. Я вжалась в песок, с замиранием сердца следя за выражением лица Великого. Поднявшись на ноги, он подал мне руку.

— Если ты меня обманываешь.

— Клянусь, — добавила я коротко, боясь спугнуть прозрение Великого. — Не обманываю.

Может, не такой уж он и плохой? Ведь правителями просто так не становятся.

Он засунул два пальца в рот, свиснув, после чего из-за бархана к нам выбежал ящер. Оседлав его, халиф усадил меня перед собой: предварительно я успела поднять тело Фарика — его дыхание становилось все более слабым. Лишь бы успеть!

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, но Халиф не ответил — пришпорил ящера.

— Надеюсь, ты меня не обманешь, — шепнула я.

— Надейся, Лилавати, — хмыкнул правитель. — Клясться я не собираюсь.

Ящер ускорился, унося нас в одному Халифу известном направлении.

В пустыне было безветренно, однако ящер так мчался, что я натянула платок повыше на нос, чтобы не наглотаться пыли. Лицо Халифа закрывала темно-синяя куфия, в которой открытыми оставались лишь глаза. Фарик был без сознания в слинге за моей спиной — за его состояние я волновалась особенно.

— едва заметные точки на оранжево-голубом горизонте.

— Проклятые силы, — ругнулся Халиф, оглянувшись, и пришпорил ящера.

Спрашивать, что случилось, было бессмысленно. Я и сама почувствовала приближение эйфинов — той крупицы магии, что осталась во мне, было достаточно для этого. Но недостаточно для сражения.

— Что будем делать? — спросила я.

Халиф молчал, а после резко затормозил и спрыгнул с ящера.