Попаданка на 30 дней

Почему он обладает надо мной такой необъяснимой властью? Как только посланник богов может думать, что я способна на убийство мужчины, который сам способен меня убить, если я немного дольше буду смотреть ему в глаза? Потому что просто пропущу удар, завороженная его взглядом.

— Аравати знает, что эйфины предпочитают женщин, а при опьянении их кровь приобретает особый аромат для них, поэтому они становятся желанной и более легкой добычей, — пояснил повелитель. — Подобные правила обусловлены безопасностью. И ей как никому другому известно это.

— Он опустил взгляд, больше не улыбаясь. — Я поговорю с ней.

— Не стоит, о Великий, — ответила я. — Справлюсь.

Он с некоторым восхищением посмотрел на меня, после чего кивнул. Справлюсь, потому что не хочу, чтобы главная наложница еще больше озлобилась. Но Рейтан должен знать о её подлой натуре.

— Месяц, — произнес он. — Через месяц я желаю видеть тебя у себя. Не бойся, я не причиню тебе вреда и ни к чему не буду принуждать.

— Я не сомневаюсь в вашем благородстве, — ответила я и вновь склонилась, а повелитель вернулся к своей ошеломленной свите.

Сердце бешено колотилось, а на лице расплылась счастливая улыбка. Всего пять минут разговора с ним, а я готова была воспарить к небесам! Рейтан обернулся, наградив меня долгим манящим взглядом. Мои ноги едва не подкосились. О, теперь я понимаю, почему все наложницы с такой охотой прыгают к нему в постель! Да что там, я даже предполагаемые мотивы богини начинаю понимать лучше! Такого мужчину хочется либо забрать себе, либо не отдавать никому!

Развернувшись, я отправилась обратно через перешеек в гарем, но едва вошла в холл, как столкнуться с Аравати.

Встретить здесь её я точно не ожидала и едва не выронила кувшин. Наложница стояла совсем рядом, будто поджидая меня, а рядом с ней обнаружилась женщина лет пятидесяти в дорогом светло-бежевом сари, с покрытой головой и множеством украшений на руках. Она оглядела меня беглым взглядом.

— Лилавати! — воскликнула главная наложница. — Что ты тут делаешь? Я ведь пригласила тебя на завтрак, а ты всё не возвращалась.

Пришлось идти в компании матери-повелительницы.

А-а, значит, передо мной мать Рейтана Великого. Властный взгляд, который пробирал до мурашек, пожалуй, семейное.

— Лилавати, ты, что, пьешь? — удивилась Аравати и подошла ближе. — О, беда на наши головы! Пьющая женщина! Мать-повелительница, я говорила, что от неё одни беды.

— Лилавати, — вмешалась женщина, — в Амитане женщинам запрещено употреблять алкоголь.