Попаданка на 30 дней

Наши сердце все еще бешено бились в унисон. Теперь я понимала, что та страсть, что пылала во мне, обоюдна. Я настолько же привлекла Рейтана, как и он меня. Хорошо ли это? Плохо ли? Я не знала, но плавилась и сходила с ума под этим взглядом.

— Великий, вас просит на аудиенцию вдова Джарума Третьего, — прозвучал голос слуги.

Рейтан не спешил отвечать, неотрывно глядя на меня. Он обвел пальцами контур моего лица, подхватил светлую прядь, после чего наклонился и, поцеловав меня в висок, прошептал:

— Я скоро вернусь и все тебе объясню.

Но никому прислуживать ты больше не будешь и тем более слушатся Аравати. Ты — мое сердце, Лиля. Оставайся в покоях или можешь прогуляться по дворцу в сопровождении служанок. Они скоро прибудут к тебе. — Отстранившись, он наградил меня каким-то непонятным взглядом, в котором я не могла распознать эмоции. — Сейчас я вынужден идти. Встретимся вечером.

А мои комнаты? Это они или это ваши? Вопросы так и остались лишь в моей голове, потому что Великий обошел меня и стремительно направился к выходу.

Я зависла, вновь любуясь его статной фигурой.

— Да-а-а, хорош! — прозвучал рядом голос лемура, зависшего в воздухе. — Что спереди, что сзади, всё одно — хорош! Даже жалко убивать.

Великий скрылся за дверью. Я вздохнула и развернулась к кровати.

— Не собираюсь я его убивать, — раздраженно ответила я. — Подожди. забыла ему сказать о своих подозрениях насчет личности того, кто мог меня оставить в пустыне! Что же делать? Бежать следом?

— В этом? — спросил лемур, оглядев меня.

На мне по прежнему была невесомая легкая сари. — Нет, конечно, можешь выбежать и в этом, но если ты не заметила, то это ночная сорочка. Вряд ли Рейтан обрадуется этому. Да и вообще глаза стражникам могут еще пригодятся, жалко будет, если их выколят за созерцание такой красоты.

Я ужаснулась, а лемур широко растянул подобие губ, словно в насмешку надо мной. Но вопрос об одежде я задать не успела: вскоре двери открылись и вошли две служанки, одной из которых была Рати.

Ей я обрадовалась как родной.

— Фарик, а сколько я была без сознания?

— Пять дней, — ответил посланник, — это время ты провела в дороге. Путь до Эрхаата не близкий, пришлось огибать еще два хааспата.

Пять дней... это же почти две недели я в этом мире! Без малого две недели, так и есть. Ох, осталось совсем немного времени.

Я вздохнула. Девушки поклонились, после чего внесли несколько нарядов и коробочек. Все это они разложили на кровати.