Попаданка на 30 дней

Рабы? Я открыла рот, но так ничего и не смогла произнести, а Падма развернулась и вышла вместе со свитой. Рати смущенно поклонилась и прошла к шкафу, убрав трусы на полку.

— Вы специально оставили их, чтобы вывести джию Падму из равновесия? — спросила служанка тихо. — Зря вы так, джия Лилавати. Мне казалось, что это не в вашем характере.

— Что значит фасхаати? — спросила я, не став ни в чем переубеждать служанку.

— Сердце повелителя, — ответила девушка, — разве вы не знали?

Сердце повелителя. Но почему раба?

— И какой это дает статус? Рабы?

Служанка потупилась, что заставило меня думать о самом худшем.

— Многие так считают, леди. Особенно жены повелителей. Фасхаати — это не наложница. Те получают жалование и могут в любой момент уйти с согласия повелителя, даже удачно выйти замуж. Но фасхаати — это пленница повелителя навечно. Вы всегда будете подле него — ваша связь с ним нерушима. Вы — его сердце, его возлюбленная...

— ...которая не имеет прав? — закончила я за служанку, и она опустила голову еще ниже.

— Зато вы рядом с возлюбленным. Разве многое еще нужно?

— Дети появляются только от законных жен, — произнесла я, не особо нуждаясь в подтверждении. — Фасхаати когда-нибудь может стать женой?

— О таком я не ведаю, — ответила девушка, явно опасаясь моего гнева.

Без детей, с презираемым статусом, но в роскоши и рядом с любимым человеком. Без возможности выбора. Так вот кем меня сделал Рейтан?

— Я наберу вам ванную. Скоро похоронная процессия, следует подготовить вас.

Девушка ушла в ванную, а я вскочила с кровати, заметавшись по комнате. На кровати появился посланник богов с очень виноватой мордочкой и читал книгу о богах: видимо, все-таки пытался найти упоминание о себе.

— Я сбегу! — заявила я ему.

— Не получится. Фасхаати — это не просто статус. Рейтан провел ритуал, пока ты была без сознания. Теперь ваши жизни связаны. Хотя есть одно место, куда ты можешь сбежать

— твой мир. Но для начала тебе придется убить своего повелителя.

Я замерла, смотря с обреченностью на Фарика.

Губы задрожали, я упала на колени, на ворсистый ковер и, накрыв лицо ладони, разрыдалась. Просто тяжесть, груз последних дней сказался на мне. Я устала, действительно устала. И я ведь так и не сказала, кто был причастен к моему похищению! Это совсем вылетает из головы, когда я вижу Рейтана.

От чего мне больше обидно: от того, что он сделал меня возлюбленной рабой без моего ведома, или от того, что я бы согласилась? Не сразу, но...