Люди, казалось, никак не отреагировали на мое присутствие рядом с правителем, продолжая даровать овации."
"Во дворце нас встретили советники и повелительница со свитой. Мать Рейтана склонилась перед сыном, после чего поцеловала его руку и приложила к своему лбу. В её глазах застыли росинки слез.
Процессия двинулась дальше во дворец. Здесь нас с Рейтаном вынуждено разлучили: меня увела Рати в коридор, ведущий на женскую половину. Я искренне обняла девушку, едва не разрыдавшись у неё на плечах.
— Ох, джия, не по положению вам обнимать служанку, — смущенно пробормотала она.
— Вы ведь фасхаати Рейтана Великого.
— Плевать, — ответила я и подмигнула. — Разве ты не знаешь, что фасхаати фактически рабыня?
— Не говорите так, — ответила девушка. — Тем более, вы не просто фасхаати. Точнее, вы совсем не фасхаати... то есть фасхаати, но... ох, я запуталась.
— Ладно, не будет об этом, — улыбнулась я и похлопала девушку по плечу.
— Хорошо, джия, — искренне ответила девушка. — Позвольте проводить вас в ваши покои и подготовить к приему.
— Приему?
— Да, в честь победы нашего Великого. Идемте скорее, времени совсем мало.
Здание гарема встретило меня неожиданной тишиной: неужели все готовятся к предстоящему приему? Малиша, увидев меня, широко улыбнулась, раскланялась, едва руки не расцеловала. Смущенная подобным поведением, я убежала в комнаты, которые мне показала Рати. К моему огромному удивлению, они находились на последнем этаже, напротив покоев повелительницы, и состояли из четырех комнат, идущих анфиладой.
Я вздохнула и улыбнулась, наслаждаясь красотой непонятно когда успевшего стать родным дворца.
Времени и правда было мало: ванная с различными маслами, распаривание кожи, маски, макияж и одежда. Все это время Рати болтала без умолку, рассказывая о всяких мелочах во дворце, как она ходила молиться, как работала и прочее, при этом задавая и мне вопросы. Я отвечала искренне и охотно, ничего не скрывая, кроме причастности Яраати: как я уже поняла, новости благодаря богам разнеслись с невероятной скоростью.
— А уж новость о шестой богине так удивила меня! — воскликнула Рати, заплетая мне волосы. — Я ведь даже не знала о ней. Бабушка потом все рассказала, что действительно когда-то была такая богиня, о которой потом вся информация старательно замалчивалась. Теперь-то всё встает на свои места. И теперь все вспомнили, что фасхаати — не рабыня,
— обиженно добавила Рати и посмотрела в зеркало, встретившись со мной взглядом.
