Несколько резких движение — и я падаю перед великим на колени, вытягиваясь вперед, склоняясь перед ним. Я не вижу его лица, но чувствую его тяжелое дыхание. Рейтан медленно наклоняется ко мне, приподнимает мой подбородок пальцами и впивается в губы жестким поцелуем, который вызывает у меня все больше и больше отклика. Резко отстраняясь, Рейтан поднимает меня на руки и кладет на кровать
— прохладные простыни соприкоснулись с разгоряченной кожей спины, вызывая толпы мурашек.
— Рейтан, — его имя вышло полувздохом-полумольбой, но он не спешит.
Теперь игра идет по его правилам. Он достаточно терпел, пока я доводила его до исступления своим танцем, теперь он решил поиграть. Вот только его игры были с моим телом. Я горела, сгорала и умоляла непонятно о чем. Новые чувства, эмоции захлестнули меня, не осталось места смущению.
Да и какое смущение рядом с таким потрясающим мужчиной? Этому чувству просто тесно рядом с другими, куда более сильными и крышесносными эмоциями.
Просыпалась в блаженстве, даже сквозь полусон чувствуя улыбку, которая никак не желала покидать моего лица.
Приоткрыв глаза, обнаружила себя всё там же: в спальне Великого.
Ура?
— Я не умерла? Не отправилась в свой мир? — удивленно спросила я в пустоту, недоверчиво оглядываясь.
— Нет, — ответил наглый лемур, который обнаружился на подоконнике в обнимку обнимаясь с бутылкой и печеньями. Я тут же затянула простынь на грудь, с подозрением глядя на посланника. — Рейтан еще вчера решил этот вопрос с богами. Он объединил ваши жизни. Теперь вы, можно сказать, единое целое.
Короче, умрете в один день.
Я икнула. Ничего себе! Но когда он успел?.. Пока я готовилась к приему? Щеки тронул румянец. Значит, тогда во время разговора с богами он понял, какой я вопрос хочу задать Араму? И всё решил сам? Только Арам запретил мне спрашивать, чтобы не подталкивать Рейтана к нужному решению, чтобы это решение исходило исключительно от него?
— Хотя об этом я тоже узнал недавно, — произнес Фарик задумчиво.
Я призадумалась. Рейтан сказал, что наша связь не закреплена.
Он провел ритуал единения, так какой еще закрепление фасхаати было нужно? Фарик говорил, что пока рано нам с Рейтаном переходить к близости, он всячески пытался её не допустить. Что если эти две вещи связаны? Что если мы закрепили связь, проведя ночь вместе, и это навсегда связало наши судьбы, связало меня с Амитаном?
Фарик хмыкнул.
— Ты все верно поняла.
— А ты теперь еще мысли умеешь читать?
— А у тебя все на лице написано. Всё, бывай.
