Рельефная мужская грудь с отсутствующей растительностью, торс с тугими мышцами живота и тонкой линией волос, уходящей за широкий пояс шаровар. Он — был само совершенство, сам бог во плоти. Пожалуй, какой-нибудь бог действительно мог позавидовать ему. Я сглотнула, сделав плавный шаг вперед.
Мужчина замер, испив рубиновой жидкости, и сглотнул. Красная капля потекла по полным губам, упав на волевой подбородок, а затем скатилась на грудь. Мне захотелось подойти ближе и забрать эту каплю, поцеловав чувствительный участок кожи.
Гладкий, загорелый, манящий...
— Опять ты, мое наваждение, — прошептал мужчина. — Подойдешь?
И я, влекомая неведанной силой, направилась к кровати. На мне был откровенный наряд из просвечивающихся шароваров и топа, который больше открывал, чем закрывал. По крайней мере, очертания груди вполне были видны, что больше разжигало пламя страсти, чем тушило его. И мне нравилось, какое я впечатление произвожу. Мне нравился горячий взгляд мужчины, в котором было столько обожания, что я запросто могла в нем утонуть.
Мне нравилась та сила над ним, та власть, которую я все четче ощущала с каждым плавным шагом.
Я подошла вплотную к кровати, но не спешила ложиться рядом, застыв и позволяя повелителю наслаждаться моим телом."
"Все было настолько реалистично, что я чувствовала жар тела мужчины, находясь на расстоянии вытянутой руки от него, но при этом буквально не могла ничего контролировать. Наваждение. Он правильно охарактеризовал происходящее со мной. С нами.
— Мама не велела подходить к опасным незнакомцам, — прошептала я, пытаясь выпутаться из сладкой неги, стоя у края кровати, практически решившись податься вперед.
— А ты считаешь меня опасным?
— Более того: вы способны меня погубить.
— Нет, — проговорил он, покачав головой. Оттолкнувшись, он встал на колени и откинулся слегка назад, присев, тем самым поставив наши взгляды почти на один уровень. — Это ты способна меня погубить. Даже сегодня, когда произошло нечто ужасное, когда я жутко вымотан, ты приснилась мне.
Ты — моя погибель. Я уверен в этом.
— Если мы оба уверены, что способны друг друга погубить, почему же я все еще стою подле вас?
И не хочу уходить. Странный сон. Я полностью осознаю, что происходит, но в голове — словно дурман. Я не могу остановиться. Внутри меня жар, который поднимается все выше, воспламеняя каждую клеточку моего тела.
Великий протянул руку, погладив костяшками пальцев меня по щеке. Словно котенок я ластилась к нему, млея от простых прикосновений.
