— Не говори глупостей!
— Не желаю разговаривать с безумным ревнивцем, — сказала я и гордо развернулась в сторону ванной.
Уйти далеко не удалось, меня перехватили поперек талии и бросили на кровать, да еще и придавили массивным мужским телом — весьма привлекательным, надо сказать. Но взгляд Великого по-прежнему был злой и недовольный. Кажется, он не поверил в мою невиновность.
И это бесило! Реакция собственного тела на близость с ним бесила еще больше.
— Я не ревную, к твоему сведению, — ответил он. — Но я собственник, как и любой мужчина.
Ты моя фасхаати, принадлежишь мне, и ты только моя. Ты не просто наложница, которая сможет от меня уйти. Ты будешь свободна только с моим последним вздохом. Учти это. Если я увижу, что ты хотя бы посмотришь на другого, я за себя не ручаюсь.
— То есть у меня нет права выбора? — хмыкнула я, восхитившись логике Рейтана. — Вы уже все за меня решили, о Великий. Осталось только взять то, что и так принадлежит вам.
Я расслабилась и поджала губы. Если он сейчас только попробует меня поцеловать, если сделает хоть что-то.
.. я никогда ему не прощу. Потому что его слова навсегда отпечаются в моей голове с моментом нашей первой близости, навсегда заклеймят меня бесправной игрушкой, лишенной выбора.
Рабыней.
Рейтан смотрел мне в глаза, потом сжал зубы и резко поднялся. Он окликнул служанку, которая секундой спустя вбежала в покои.
— Помоги мне и джие Лилавати собраться, — произнес он. — Мы отбываем немедленно.
Бросив на меня предостерегающий взгляд, он вышел.
Что ж, даже не пришлось его уговаривать взять меня с собой.
Глава 17
Вещей у меня было совсем немного, но их было достаточно для цитадели, поэтому сборы заняли не больше часа, большую часть из которых я провела за выплеском эмоций: хотя бы мысленно так приятно было ругать Рейтана.
Вспомнишь чёрта, он и явится. Великий распахнул шторы и вошел в спальню. Рати поклонилась ему, после чего вышла, оставив нас наедине.
— Ты готова? — спросил Рейтан, оглядев меня. Его взгляд по-прежнему был холоден, разве что оттаял на несколько градусов.
— Да, о Великий.
— Тогда идем, — кивнул мужчина и вышел из гостиной.
Даже руки мне не подал! Хотя больно надо. Оглядевшись, я вздохнула и направилась вслед за повелителем. Лемур куда-то умчался и еще не возвращался.
Солнце уже зашло. На просторной площади перед дворцом уже ждал караван. Состоял он из нескольких повозок и был максимально облегченным: у каждого Великого было лишь по два-три личных охранника.
