Онлайн-библиотека книг
Я посмотрела на охраняющих меня молодых мужчин и спросила:"
"– Что там случилось?
– Сами не знаем, – сразу же признался один из них и посмотрел на меня с надеждой. – Может, сходим посмотрим?
– Эй, – нахмурился его напарник. – Я старше, я с ней пойду, а ты останешься палатку сторожить.
– Я первый предложил пойти!
– Пойдёмте вместе, – дружелюбно предложила я, понимая, насколько их терзает любопытство.
– Архонт Рэйдан сказал, что палатку постоянно должен кто-то охранять, – пояснил старший, который внешне не выглядел старше напарника.
– Тогда жребий бросьте, – предложила более расслабленно: раз они не чешутся, значит, всё не так уж страшно.
И они бросили! Вызывающе глядя друг другу в глаза, распальцевали подобие камня-ножниц-бумаги. Победил старший. Хмыкнул надменно и жестом предложил мне идти. Я сочувственно посмотрела на проигравшего и пообещала:
– Мы расскажем, что там.
Но он только вздохнул.
А я с сопровождающим прошла мимо моей палатки, поставленной в одном ряду с кураторскими, и свернули на перекрёстке лагерных дорожек.
В этот слишком ранний для подъёма час возле девичьих палаток оказалось слишком много народа. Особенно возле одной палатки. Студенты обоих полов, растрёпанные и одетые лишь в лёгкую одежду вместо стандартных костюмов с бронёй, заполнили улочки лагеря. Подойти вплотную к центру сборища было невозможно, но…
«Ничего не пила?» – спросил меня встревоженный Рэйдан. И сборище возле девичьей палатки – это всё напомнило о планах добраться до припасённого на финал практики вина.
Мой сопровождающий стал расталкивать студентов, они неохотно расступались. Я шла за ним, высматривая поверх его плеча беловолосую голову Рэйдана, но его не было видно.
Возле входа в палатку тоже стояла охрана, и здесь находились самые встревоженные девушки. Бледные, с перепуганными глазами, некоторые из них кусали губы или прикрывали рты руками, словно сдерживая крики.
Мой охранник покосился на меня, взглядом предложил войти в палатку. Других туда не просто не пускали, даже заглянуть не давали.
Шагнула вплотную ко входу в палатку, охранники посмотрели на меня, но ничего не сказали. За спиной шептались. Снова прозвучало треклятое «клеймённая». Ещё «лаборантка», «архонт». А я, набрав в лёгкие побольше воздуха, решительно приподняла шторку-дверь и нырнула внутрь, словно в омут.
