Попаданка. Реальная история

Листья тоже для этого не годились. Если бы она знала раньше, что станет так холодно, то запаслась бы огромным ворохом веток. Завтра она будет умнее. Только бы пережить эту ночь…

Вскоре она почувствовала, как руки и ноги начали коченеть. Холод всё сильнее пробирал ее тело, достигая самых костей. Мелкая дрожь никак не проходила, а зубы уже отбивали свой ритм. Оливия старалась хоть немного расслабиться, но ничего не выходило. Всё её тело сковало с такой силой, что она не могла пошевелиться. Если бы не страх темноты, она бы вылезла из укрытия и немного размялась.

Ей всего лишь нужно заснуть, успокаивала она себя. Но вместо сна пришло забытье. Оливия ненадолго впадала в него, а потом снова приходила в себя. С каждым разом приходить в сознание было всё труднее и труднее. Тело жутко ломило, а голова была такой тяжёлой, что с трудом удавалось ею пошевелить. Очнувшись в очередной раз, Оливия сквозь помутненное сознание поняла, что на улице рассвело. Она хотела подняться, но телом овладела такая слабость, что казалось, будто кто-то высосал из него всю живительную силу.

Решив, что ничего не получится, она снова закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.

Оливия поняла, что пришла в себя, когда до ее ушей донесся тихий шёпот.

– Не стоило тебе приводить её к нам, вдруг она больна чумой.

– Но зачем она тебе? Если Мартин узнает, что ты подобрала какую-то бродяжку, прикажет наказать нас.

– Боюсь я его, – усмехнулся голос. – Лишние руки нам не помешают.

Оливия открыла глаза. Голоса тут же замолчали. Хотя во всем теле чувствовалась сильная слабость, голова, на удивление, была ясной.

Взгляд уперся в каменный потолок. Он мало походил на потолок в больничной палате. Интересно, где это она?

И тут Оливия почувствовала неприятное жжение в правой руке. Взглянув на неё, в ужасе воскликнула:

Из пореза на сгибе локтя струйкой текла кровь.

– Что за иезуитские методы?! – возмутилась она.

– Или бредит ещё? – услышав её последние слова, засомневался голос.

Наконец, Оливия взглянула в ту сторону, откуда доносились голоса.

В свете свечи она смогла разглядеть, что у противоположной стены сидели две особы. Одна оказалась значительно старше ее, а вторая совсем еще юная. Пожилая женщина была полной и смотрела на неё вполне доброжелательно. В глазах же молодой читалась настороженность.

Женщины переглянулись.

– В замке нашего хозяина, господина Уорика, сына Эдуарда Мандевиля.

Эти имена ей ничего не говорили.

– Родовой замок Мандевилей – Лонгтаун.

Оливия снова закрыла глаза.