Санаду удивлённо приподнимает бровь: он не сомневается, что Мара способна создать такую сеть шпионов даже незаметно для него, ведь ей не нужно самой появляться в городе, достаточно, чтобы горожан доставляли ей для ментальной обработки. Впечатляет то, что Сонли за столь короткий срок нашла эти закладки у некоторого числа жителей: Нарнбурн город не маленький. Впрочем, она могла воспользоваться услугами других менталистов. Или солгать. Или шпионов так много, что их удалось обнаружить выборочной проверкой.
Потянувшись, Сонли отпивает ещё лунного вина, блики озаряют её губы и кончик носа.
– Установки старые, – продолжает Сонли. – Похоже, за тобой все эти годы пристально наблюдали.
Прохлада разливается в груди Санаду, скользящие по кромке кубка пальцы замедляются.
– Ты оставила установки или скорректировала?
Губы Сонли размыкаются для ответа, но вдруг дверь кабинета с грохотом падает внутрь вместе с частью стены.
Глава 62
Пыль ещё только завихряется в воздухе, а Сонли уже скрывается за креслом Санаду.
Сквозь увеличенный проход, склонив голову, шагает трёхметровая гигантская белка и, остановившись, устремляет взгляд чёрных глаз на Санаду.
Он улыбается:
– Добро пожаловать! – указывает на столы с едой. – Угощайся. Твоих вкусов не знаю, так что принёс всего. – Санаду показывает себе за спину. – И блондиночку в придачу, вдруг тебе понравится…
– Санаду! – шипит за его спиной Сонли. – Кто это?
– …Общаться с ней понравится, – продолжает Санаду весело. – Или тебе только рыжие по душе?
– Санаду! – с возмущением повторяет Сонли.
– Не устраивай цирк!
Как и всякий менталист, она спокойнее себя чувствует, имея возможность отслеживать эмоции или хотя бы присутствие живых существ, с которыми сталкивается, но трёхметровую белку она не ощущает, словно та находится под абсолютным щитом. И в данном случае это очень нервирует.
– Да ты только посмотри на этого красавца! – предлагает Санаду. – Какая шерсть, какие уши! А хвост! Девушки же такое любят. Возьми его себе, будет греть постель длинными одинокими ночами…
Сонли ударяет кулаком по спинке кресла, и вибрация от этого удара отдаётся в спине Санаду.
– Или пусть Изрель постельку погреет, – продолжает он столь же насмешливо, но его весёлый тон и расслабленная поза прикрывают хищную настороженность.
Вновь кулак Сонли впечатывается в спинку кресла, дерево конструкции жалобно хрустит.
– Ну вот, – притворно вздыхает Санаду. – А ещё говорят, что менталисты мирные и не склонны к насилию.
