– Не мешаете, – Раштар откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. – Можете продолжать.
– Хорошо, продолжим, – профессор нехорошо улыбается. – Проверим, что вам удалось запомнить на сегодняшней лекции. Доставайте чистые, будете писать проверочную работу.
Выпрямившийся Фидис, судя по бодрому виду, к проверке знаний готов. Раштар и Бриш делают одинаково мученические лица, а Валарион с мечтательным видом перебирает подвески украшений его тюрбана. Ему-то хорошо, он местный, историю знает."
"А мне надо было не о Санаду и Маре думать, а лекцию слушать.
Как же я понимаю Фидиса: тоже с удовольствием побилась бы головой о стол.
***
После многочасового совещания с другими архивампирами у Санаду происходит не самый приятный разговор с Танарэсом. Вроде бы ничего серьёзного, но Санаду не может избавиться от ощущения, что Танарэс уверен в его общении с Марой. Впрочем, Санаду некогда над этим раздумывать.
Активизация Неспящих – ситуация экстренная, принятие мер по усилению безопасности на сенешаля в таком случае не свалишь, Санаду приходится лично общаться со своими хранителями порядка и накручивать хвосты, чтобы все бдели в оба.
Но выделить время, чтобы отсрочить создание кровати, раз уж всё равно в кантоне, Санаду не забывает.
Он сегодня на редкость деятельный, радует сенешаля вниманием к делам кантона, но это не внезапное пробуждение ответственности, просто Санаду надо принять решение, и в суматохе королевских обязательств ему легче обдумывать ситуацию. И легче не поддаваться лёгкой панике.
Это просто отличный повод отложить принятие решения.
Но когда на ночное небо выползает луна, дворец окончательно затихает, а последние документы проверены по третьему кругу, Санаду со вздохом признаёт, что пора определиться.
Он гасит светильники в своём просторном кабинете и выходит на середину узорного мягкого ковра.
Прикрывает глаза, обращаясь к системе защиты.
Протягивает нить телепортационного заклинания и позволяет выдернуть себя из тёмного кабинета, чтобы через несколько диких мгновений перемещения вышвырнуть на потёртые каменные плиты.
Порыв ледяного ветра взлохмачивает волосы Санаду, треплет полы его сюртука, шёлк галстука.
На фоне ночного неба освещённая изнутри оранжерея кажется сказочной – отдельным тёплым и прекрасным миром цветов.
Санаду знает, что там, в оранжерее, ему не очень-то обрадуются.
