Ректор причастен к покушению? Да зачем ему?
– А зачем покушаются на наследника престола? Чтобы занять его место. – Наверное, вопрос я произнесла вслух. – Герцог Рэйнард второй в линии наследования престола.
– А третий кто? – вопросила воинственно, мне почему-то не нравилось, что милорда Рэйнарда в чем-то подозревают.
– Марк, – огорошил меня его высочество. – То есть сначала еще какой-то десятиюродный дядя, которому лет под сто, потом его сын – опиумный наркоман, а затем официальная линия наследования прерывается, и остается только Марк.
Но в нем я совершенно уверен.
– Почему? – выдохнула, чувствуя, как меня охватывает озноб.
Не хотелось подозревать ни Марка, ни ректора. Но если принц додумался до подобных обвинений, то, скорее всего, местному начальнику службы безопасности тоже может прийти в голову что-то подобное.
– Потому что Марк уже неоднократно доказал мне свою верность. Когда нам было лет по шестнадцать, он закрыл меня от атаки мага, подосланного соседним королевством.
Тут, – принц безотчетно прикоснулся к своей груди, – у него до сих пор все покрыто шрамами. Его еле спасли. Поэтому Марка я не подозреваю, – он перевел пристальный взгляд на меня, – и другим не позволю.
Кивнула, принимая слова к сведению. Меня медленно отпускала тревога. Заметив свои судорожно сжатые кулаки, лишь усилием воли расслабила сведенные пальцы. Марк вне подозрений. Это хорошо.
Но тогда… В подозреваемых – только ректор?
Мог ли он позариться на трон и попробовать убить собственного племянника? Мне казалось, что нет.
Такой человек, как милорд Рэйнард, не станет действовать исподтишка. Но… разве я знаю его? Знакома с ним меньше месяца, по душам мы не беседовали, а во время жарких объятий он не рассказывал мне о своей жизненной позиции и стремлениях.
А ведь если задуматься, ректор должен был допросить меня более тщательно. Я не смогла ни дать нормальных показаний, ни предоставить доказательств, что я действительно ничего не помню и никак не замешана.
В каком-то роде мой внезапно объявившийся жених оправдал меня, хотя бы стало ясно, как и зачем я оказалась в том коридоре.
Но… Если бы сейчас в этом теле была не я, а Элли? Возможно, она могла что-то заметить и запомнить. Хотя бы потому, что заговорщики, покушавшиеся на принца, в итоге напали на девушку. Милорд Рэйнард должен был, по крайней мере, попытаться извлечь какие-то сведения из ее, то есть уже моей головы. Воспользовавшись, к примеру, магией.
