Попаданка с улицы Грёз

Напускаю невозмутимый вид и иду вдоль лавок, выискивая свободное местечко. В этом плане вагоны третьего класса тоже напоминают знакомые с детства электрички. 

Дорогу преграждает здоровенный детина в застиранном комбинезоне. 

— Леди, небось, заблудилась? 

— Ничуть. У леди билет в третий класс, — помахиваю синим картонным квадратиком. — Не подскажешь, где тут свободное место?  

— Э-э-э… — мужик ошалело моргает. Что я не так сказала? Или он рассчитывал на визги и падение в обморок. — Леди одна? — уточняет он, тщетно выискивая за моей спиной спутника.

Что же, его можно понять. Знатные женщины в Эндалии редко путешествуют в одиночку. И никогда не путешествуют в одиночку в третьем классе. 

— Одна. Леди Эгмонт — боевой маг. Она недавно победила дракона и способна за себя постоять, — прищелкиваю пальцами, вызывая огонек. 

Над вагоном пролетает изумленный вздох. 

— Ух ты… — в глазах здоровяка загорается совершенно детский восторг. 

— Так что насчет свободного места? — спрашиваю я с очаровательной улыбкой.

— Сейчас найдем. Эй ты! — здоровяк отвешивает плюгавому мужичку у окна подзатыльник. — А ну подвинься! Леди надо сесть! 

Опускаюсь, бросив короткий взгляд за окно. Мне почудилось или в толпе действительно мелькнула рожа одного из подручных Аншлера?

Поезд издает истошный гудок и трогается. Успела! Выкуси, диббук. 

Мальчишка лет семи на скамейке напротив улыбается, демонстрируя отсутствие двух передних зубов. 

— Тетя леди, а вы правда победили дракона? — спрашивает он, трогательно картавя.

— Чистая правда, — подмигиваю ему. — Об этом во всех газетах писали, а газеты врать не станут. 

Пассажиры переглядываются. И сдвигаются ближе.

— Расскажите? — застенчиво просит тот самый громила, что добыл мне место. 

Почему бы и нет? Дорога до Арса займет добрых шестнадцать часов — это ночной почтовый идет быстро, а дневной поезд останавливается на каждом полустанке. Лучше уж я проведу это время за беседой, чем буду снова и снова прокручивать в голове воспоминания о лице Роя.

— Конечно. Все началось с нападения кочевников на нашу деревню… 

Не так Катрин представляла свою свадьбу.

Если уж честно, то еще недавно она совсем никак ее не представляла. Но после слов Тайберга в голове иногда вспыхивали смутные картинки — белое платье, множество гостей, оркестр и цветочные лепестки. Что-то такое розовое, сахарное, из неслучившегося в девичестве… 

Вместо белого платья на ней был уже не очень свежий монашеский балахон.