Попаданка с улицы Грёз

 

— Милорд, — проводник требовательно звенит в колокольчик, намекая,  что несчастный случай на перроне не повод отставать от графика. — Поезд отправляется. Пожалуйста, вернитесь в вагон! 

На мгновение мне кажется, что инквизитор уйдет. Просто бросит меня здесь, в незнакомом городе. Догадываюсь, что милорд успел надумать насчет моих отношений с Аншлером. И каким идиотом успел себя почувствовать.

Но нет — Рой сжимает мою ладонь и тянет к поезду.

— Но… — лицо проводника вытягивается. Он смеряет меня взглядом с головы до пят, не упуская из виду ни отсутствия шляпки, ни вороньего гнезда на месте прически, ни измазанного в дегте и земле платья.

— У леди нет билета.

— Я заплачу за ее проезд. 

— Кхм-м-м… простите, милорд, но наш поезд не для таких… леди. 

Серые глаза темнеют от гнева. 

— Леди — моя знакомая. Она попала в беду, — ух, даже меня мороз пробирает от ледяного тона инквизитора. Все-таки аристократ от рождения — это сила. У меня бы никогда не получилось одним взглядом и голосом показать человеку насколько он вошь и тварь дрожащая.

— И ты будешь обращаться к ней со всем почтением, которого она заслуживает. Если леди пожалуется на недостаток уважения, клянусь — это последняя ночь твоей работы. 

Мне становится немного жаль проводника. Бедолага аж с лица сбледнул.

— Простите… Милорд, леди. Пожалуйста, займите место в купе. Поезд отправляется.

Мы поднимаемся. Дверь захлопывается за спиной, поезд вздрагивает трогается, стремительно набирая скорость. 

Разумеется, милорд путешествует первым классом.

Контраст с “электричкой”, в которой я добиралась до Ларуссы разителен. Ковры, полированные деревянные панели, латунь и хрусталь. В дирижабле Аншлера, конечно, побогаче, но и тут оформление смотрится очень достойно. 

Но разглядывать обстановку в деталях у меня нет возможности. Рой рассчитывается за мой проезд и тянет дальше по коридору. Распахивает дверь, почти вталкивает меня в купе. 

Нет, слово “купе” при котором в памяти возникают советские пенальчики с четырьмя койками тут просто кощунственно.

И даже “СВ” звучит слишком по-колхозному применимо к подобной викторианской роскоши.

Это настоящий номер в пятизвездочной гостинице, только миниатюрный. Стены обиты тканью с золоченым узором, мебель из натурального дерева. Сквозь приоткрытую дверь видна вторая комната с двуспальной кроватью. 

Я словно попала в фильм про убийство в восточном экспрессе. 

Рой кивает на диван, а сам встает у двери, скрестив руки на груди.

Глава 31.