Попаданка с улицы Грёз

Инквизитор смотрит на меня, потом на призрака, снова на меня.

Как назло, шторы опущены, чтобы солнечный свет не беспокоил больного. В густых сумерках мессер сияет всем своим призрачным великолепием. 

Зрачки Роя потрясенно расширяются. 

- Это сон! - быстро выпаливаю я, пока он не успел поднять крик. 

- Сон? - хриплым спросонья голосом переспрашивает инквизитор.

- Ага… Помнишь, целитель предупреждал. Красочные сновидения, неотличимые от реальности… - боги, что я несу? Неужели он на это купится?

Но Рой вдруг расслабляется.

- Прекрасный сон, - говорит он, не отрывая от меня взгляда. Так, словно я куда более интересная вещь, чем светящийся мертвый некромант, зависший в центре комнаты. 

Впрочем, Тайберг, осознав неуместность своего присутствия, мгновенно растворяется в пространстве. А Рой поднимает руку, чтобы коснуться моей щеки.

- Действительно - неотличимо от реальности, - пальцы скользят вниз, спускаются к шее, выписывая узоры. Я могла бы отпрянуть, оборвать этот контакт, но не хочу.

За что немедленно настигает расплата. Инквизитор вдруг дергает меня за руку. Не удержав равновесия, падаю и замираю в дюйме от него, упершись руками в подушку. 

Серые глаза с чуть расширенными зрачками слишком близко… Так близко, как никогда раньше. Чувствую на своих губах его теплое дыхание. Мысли вдруг испаряются, забрав с собой слова. Меня хватает только на беспомощное: 

- Во сне - можно, - выдыхает он.

Нет, это не первый поцелуй в моей жизни. Я вообще-то замужем была, пусть даже в другом мире и в другом теле. Но, кажется, никогда не было так сладко, остро, горячо. Инквизитор все еще слаб после ранения, мне не составило бы труда вырваться, оттолкнуть его, но я даже не пытаюсь. 

“Во сне - можно”, - спасительная формула, разом дарующая индульгенцию на все, что здесь произойдет. Это не по-настоящему, никто не узнает, а значит не осудит. Это никак не повлияет на все, что будет дальше.

Просто сон. Красочный. “Неотличимый от реальности”. 

Сама не замечаю, как оказываюсь в постели. Губы ноют от лихорадочных поцелуев. Руки Роя скользят по телу, хриплый голос, повторяющий мое имя, в сумерках спальни звучит чарующей музыкой. 

Эй, когда он успел распустить шнуровку на моем платье?! 

- Тс-с-с… притормозите, милорд, - отстраняюсь и упираюсь руками в его грудь. Сквозь тонкую ткань сорочки чувствую горячую  кожу.