Попаданка с улицы Грёз

 

— Хватит капризничать, — Аншлер буквально силой втискивает меня в рюкзак и затягивает на теле ремни. Фиксирует плотные очки на лице, опускает капюшон. Мир становится размытым и серым, и я начинаю паниковать по-настоящему. 

Створки люка на полу со скрипом раздвигаются в стороны.

— Ну что ты ломаешься, как дурочка? — увещевает Аншлер, подталкивая меня к проему. — Давай, полетели! Тебе понравится! 

— Не понравится, я знаю! У меня так друг ногу сломал! 

Один раз я прыгала на банджи. И зареклась на всю жизнь. До сих пор желудок подкатывает к горлу, когда вспомню, как болталась в воздухе, словно мячик на резинке.

И мой приятель Мишка, фанатевший от прыжков с парашютом, действительно сломал ногу при неудачном приземлении. 

Люк распахивается полностью. В проеме проплывают редкие облака, похожие на хлопчатник. Под ними синеет море.

— Как я буду приземляться на воду, ты в своем уме? 

Как я вообще буду приземляться?! Без тренировок, минимального инструктажа?! Я же не умею! 

— Не беспокойася, все просчитано, — самоуверенно заявляет полуэльф.

— В виндкатчер заложены чары. Ну же, давай! 

Я мнусь у люка, с тоской оглядываясь на миллиардера. Да он издевается?! 

— Зачем тебе, чтобы я прыгала?!

— Это — мой дар. Драгоценный и уникальный, никто больше в целом мире не подарит тебе подобного, — в глазах Аншлера загорается фанатичный огонек. — Это лучше, чем секс, лучше, чем что угодно. Ты поймешь, что жила ради этого мига. Поверь мне!

Верю. Верю, что для тебя это действительно так, адреналиновый ты маньяк.

Но я никогда не мечтала болтаться между небом и водой в свободном падении. 

Я существо совершенно бездуховное, приземленное. Даже Тайберг отметил, что работа с воздухом дается мне с немалым трудом. 

Через распахнутый люк в трюм врывается ветер. Теребит комбинезон, дергает ремешки на костюме. 

— Хватит тратить мое время, прыгай, — рявкает Аншлер. 

И толкает меня в бездну. 

Глава 10. Небо и море

Ветер с неистовой силой хлещет по щекам, треплет одежду, забивается в ноздри — ни вдохнуть, ни крикнуть.

От перепада давления закладывает уши под капюшоном. Только бесконечная синева под ногами и пугающее до чертиков ощущение безумной скорости.

В панике спешно плету чары, пытаясь набросить лассо на стремительно удаляющийся дирижабль, но налетевший ветер рвет плетение вклочья. Перед глазами что-то тревожно вспыхивает алым. 

Резкий рывок, и словно невидимая рука переключает тумблер. Ветер исчезает. Больше нет оглушительного воя в ушах.