Попаданка с улицы Грёз

В этом костюме жарко, как в горячем цеху. 

— Да, верно. Ты же маг… — медленно тянет миллиардер, продолжая сверлить меня странным взглядом. — Кстати, где ты взяла дракона? 

— Встретила по дороге. Она была так любезна, что согласилась подвезти. 

— “Согласилась подвезти”, — все с тем же странным на лице выражением повторяет Аншлер. —  Драконица? Тебя? 

— А почему нет? Я вежливо попросила. 

— Например, потому, что драконы терпеть не могут двуногих, особенно людей. И не вступают с ними в переговоры. 

За сказанными с такой безапелляционностью словами чувствуется личный опыт.

— Может, они просто не любят, когда ими пытаются манипулировать? Никому не нравится, когда его используют?

По тому, как кривится лицо полуэльфа, понимаю, что попала в яблочко. Он и с драконами пытался играть в свои игры. 

Неудивительно, что прямолинейные ящеры его послали. 

— Рассказывай все с начала, — приказывает Аншлер, — не упуская деталей. 

— Было бы чего упускать. Упала, вынырнула. Сориентировался по солнцу и поплыла в сторону берега.

— Как?! — прерывает меня полуэльф. 

Объясняю на пальцах смысл своей конструкции. И снова любуюсь на потрясенное выражение лица. Оно определенно больше идет миллиардеру, чем самоуверенные ухмылочки. 

— Но это… это дичь! Так никто не делает.

— Шикарно! Значит, я могу подать заявку на патент?!

Аншлер крутит у виска пальцем.

— Можешь, конечно! Но так никто не делает, потому что это — смертельно опасный идиотизм.

А вот сейчас было обидно. 

— После моих экспериментов с перегонным кубом защитные чары слетели, и пришлось раздеться. 

— Неудивительно. Любое использование магических полей рядом с таким сложным комплексом чар рвет плетение. 

— Ах, ну простите, не знала. Наверное, потому что кое-кто забыл провести для меня инструктаж перед тем, как вытолкнул… — осекаюсь, огорошенная внезапной мыслью.

В памяти проносятся первые секунды в воздухе. Неудачная попытка зацепиться за стремительно удаляющийся дирижабль с помощью воздушного лассо. И красная вспышка перед глазами. 

Кажется, я знаю, почему отказал маяк. 

Невиданное зрелище: у его миллиардершерства нет слов.

— Да, я — это я. Кем мне еще быть?

Он вскакивает, прожигает меня испепеляющим взглядом. На мгновение я даже пугаюсь.