Он не требует ответов и внешне очень легко принимает меня, но исподволь он изучает меня, и порой по таким вот живым моментам, как качание на качелях о человеке можно сказать гораздо больше, чем наблюдая за ним в сложной жизненной ситуации. Хорошо, что я умею себя контролировать и показывать нужную реакцию. Впрочем, сейчас я не играю. Взлетая на качелях, я действительно счастлива.
Краткий миг полёта, и Тенер подхватывает меня. Он обещал, что я не упаду, и он удерживает меня в объятиях.
Я бы провела так весь день, но папа… Тенер тоже помнит, что папу нужно проводить, и мы, переходя из сада в сад, продвигаемся к выходу.
Я бы побежала, забыв про качели и клумбы, я бы, не задумываясь, рискнула раскрыть свои способности и пробила портал из императорского сада прямиком в родительский дом, но до полудня папа всё равно пропадает в официальных инстанциях
Неподалёку от ворот я замечаю Калана с сестрой.
Вот же!
Калан лишь издали склоняется в поклоне, приветствуя нас, а Камиса нарушает этикет, подлетает ближе:
– Ваше высочество старший принц! Ваше высочество принцесса! От всего сердца поздравляю вас! Нишаль, мне очень жаль, что мы не стали с тобой сёстрами, ноя верю, что боги знают лучше.
Я желаю тебе счастья! Ваше высочество старший принц, ста сыновей и ста дочерей вам!
Можно осадить девочку, нарушение в милой обёртке почти детской непосредственности остаётся нарушением правил. Тенер ловит мой взгляд и не вмешивается, притворяется каменным истуканом. А я принимаю от Камисы подарок и ловлю многозначительный взгляд Калана.
Чтобы сэкономить силу, я не окутываю свёрток в непроницаемую сферу, а защищаю пальцы. Мало ли, что может быть на самом пакете. То, что Камиса держит его в руках ни о чём не говорит.
Кивнув, я следую за Тенером, нас уже встречает экипаж – пользоваться одним молодожёнам позволительно. Конечно, можно было бы приехать на двух, с шиком, но Тенер выбрал практичность, а заодно в очередной раз ненавязчиво продемонстрировал своё ко мне отношение.
– Тенер, как думаешь, мы сможем навестить папу в Самске?
– Для этого я должен получить разрешение у императора.
– Его величество может отказать?
– Никто не может знать, о чём думает император.
– Пфф! Менталист может.
У Тенера расширяются глаза.
Хотелось бы самую капельку его подразнить, но вопрос слишком серьёзный.
– Я не умею. То есть я могла бы выпотрошить чужое сознание, но ключевое слово «выпотрошить». После меня останется овощ. Работать нежно я как-то не научилась.
