Если новый распустит…
– Следи за языком!
Они об отце Нишаль?
– Я слышал, Самский губернатор в почёте, но кто знает, что решит император. Цензор может быть недоволен. Я слышал, прошлый министр юстиции потерял должность только потому, что плохо вёл домашние дела.
Я ему навредила? Впрочем, какая разница? У меня о нём нет особого впечатления. Почему он бросил дочь в столице? Тётушка и Тиана успешно промыли Ниашаль мозги, и когда отец раз в год приезжал на праздники, держалась отстранённо и прохладно. Надеюсь, счастье дочери ему дороже карьеры.
Впрочем, можно ли меня считать его дочерью? По крови – да.
– Цензору повезло. Позволить такой девушке войти в семью большая потеря.
– Но я слышал юная госпожа неплоха, она всегда подавала нищим.
– Она стала бы позором для мужа.
Да что вы говорите! Если бы мне не удалось сорвать свадьбу, подозреваю, я очень быстро бы стала вдовой. Цензору действительно повезло.
– Верно-верно, к знакам судьбы нужно прислушиваться. Моя младшая невестка всего лишь споткнулась.
Сын не предал этому значения, и что же? Через полгода она сбежала с купцом.
– Хах, дурной знак не всегда означает, что дочь плоха. Моя упала, и жених отказался от неё. Он был жалким сыном мясника. Через два года дочь вышла за молодого приказчика в лавке специй!
– Господин, заказывать будете?
Я вздрагиваю. Я так увлеклась подслушиванием, что не заметила, когда официантка подошла. Она долго стоит?
– Да, я голоден.
– Мясо или рыба? Овощи или рис? Также есть вчерашняя индейка.
– Мясо с рисом, пожалуйста.
Официантка, фыркнув, уходит. Уроки высокого обслуживания она явно прогуляла. Хотя… клиент всегда прав в ресторане, а здесь жуй, что дали, или освободи место следующему всеядному.
–… бедная девушка обрекла себя на страшную смерть, – о, первый сочувствующий! – Лучше бы повесилась.
Упс, обозналась.
Я вздыхаю.
– Сестра моей прабабушки, когда такое случилось, живой взошла на погребальный костёр. Сейчас нравы не те…
Дядя, сам взойди, покажи, так сказать, пример.
Официантка ставит передо суп, заказанное мясо с рисом, кладёт бледную лепёшку, ставит стакан ягодного взвара и замирает.
Платить надо сейчас?
– Сколько с меня?
Светить в народной столовой серебром явно плохая идея.
– Двенадцать головок.
Чешуя так называется? Надеюсь, я угадала. Я отсчитываю пятнадцать чешуек и подмигиваю официантке. Она удивляется лишь на миг, а затем две чешуйки исчезают у неё во рту. За щёку спрятала? Брр.
Я провожу над тарелками ладонью и обеззараживаю.
