Фу, развратница. Мысленно отругала себя. За время, что я рассматривала красавчика, он тоже изучающе меня разглядывал.
— Забавно, я послал за лекарем, а мне доставили какого-то мальчишку-оборванца, — красивый молодой мужчина смотрел с пренебрежением на меня. — Где были глаза у этих олухов и разгильдяев?
— Вам никто не давал права меня оскорблять, — я, может, и не выгляжу сейчас как юная леди, но и не как мальчишка точно. А нечего было выдергивать меня, когда я грядки пропалывала с лекарственными травами.
Что, я должна была лучшее платье надевать? Оно у меня вообще одно-единственное, так что приходится его беречь и не таскать почем зря. Поэтому старые штаны и рубаха — вот то, что на мне было надето. Лицо в пыли, потому что эти, как выразился красавчик, олухи изваляли меня в пыли, потому что не объяснили толком ничего, налетели, схватили и рта открыть не дали. На голове кепка, под которой удобно волосы прятать. Так что не мудрено, что меня приняли за парня.
— Я глава тайного отдела Его Величества и как хочу, так и буду с тобой разговаривать, мальчишка, — мужчина свел сердито брови к переносице и прищурился.
Его взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Ну, раз так, то тогда хотя бы обращайтесь ко мне правильно, — и я сдернула с головы кепку, заодно протерев ею лицо. Какое же я получила внутреннее удовольствие от ошарашенного взгляда мужчины. Я практически ликовала, если бы не слова, сказанные им сразу же, когда он пришел в себя.
— Раздевайся! — скомандовал красавчик.
— Еще чего? — я ошарашенно уставилась на мужчину.
— Раздевайся, тебе говорят, — мужчина делает пару шагов ко мне навстречу, и я пячусь, упираюсь ногами в диван и с силой плюхаюсь на него.
— Не буду я раздеваться, — я хмурюсь и тоже пытаюсь сверлить взглядом мужчину.
— Сама не разденешься, силой сниму с тебя это отребье, — и мужчина смотрит на меня так, что у меня мурашки по спине поползли от страха. Я поторопилась, когда подумала, что он менее страшный, чем тот головорез.
Встаю и медленно начинаю развязывать тесемки на штанах, спуская их с себя. Рубаха длинная и потому даже бедра прикрывает.
— И рубашку тоже, — командует глава тайного отдела. Меня всю перекосило от этой команды, но делать нечего. Развязываю тесемки на шее и, приподняв за подол, снимаю одним движением рубашку с тела.
Зло смотрю на мужчину, а он окидывает взглядом мою фигуру. Не знаю, что уж он хотел там увидеть, но будет разочарован.
