Огнад так смеётся, что опирается на изножье койки, чтобы не упасть:
– Ты мне нравишься. – Он с трудом сдвигается, пропуская мисс Клэренс с металлической коробочкой.
– Подержи её, – просит целительница.
Пушинка так слаба, что вряд ли сможет сопротивляться. Накрываю её ладонью больше ради её же успокоения. Маленькие глазки умоляют меня о помощи. Усилием воли я смотрю в них, а не на шприц. Пушинка выгибается и пронзительно стонет.
– Потерпи. – Пока я шмыгаю носом, мисс Клэренс перехватывает мою руку.
Её укол профессионально быстр, у меня даже мурашки бегут с запозданием.
– Валерия. – Мисс Клэренс показывает мне два стеклянных шприца с кровью.
Кровь Пушинки переливается, точно радуга. Огнад ставит плошку на кровать. Я выдавливаю шприцы. Сливаясь с моей кровью, кровь Пушинки краснеет.
– Так. – Собственноручно опускаю серебряную плошку в центр нарисованной в гримуаре пентаграммы. В углах рисунка вспыхивают огоньки, пробегают по линиям и ударяют в серебро. То будто раскаляется, но не прожигает бумагу.
Пушинка стонет.
– Сейчас.
– Быстрее, – глухо советует Огнад. – Торопись.
Подхватив плошку, обжигаюсь её неестественным холодом. Перехватываю удобнее и прижимаю Пушинку к животу.
Только глотнув приторно-сладкой крови, вспоминаю, что надо было как-то использовать ещё и ложечку.
Покалывание пробегает по коже, Пушинка крепче прижимается к моему животу, сопит.
Вопросительно смотрю на наблюдающего за ней Огнада. Заметив мой взгляд, он едва заметно дёргает рукой:
– Кажется, сработало… Так… да.
Точно, работает: жизнь из неё больше не истекает. От тебя, кстати, тоже ничего не убывает. На данном этапе эксперимент можно считать удачным. По крайней мере, вы обе точно живы, с чем вас и поздравляю.
Поглаживая свернувшуюся клубочком Пушинку, оглядываю палату.
Кота нет. Ложки тоже нет. Ритуал без неё прошёл удачно. Ощущение, что меня очень сильно обманули.
Зачем Повелителю ложка? Вот зачем?
И что теперь делать, ведь мы собирались её вернуть?!
– Кот где? – сипло уточняю я.
Мисс Клэренс и Огнад оглядываются по сторонам. Она разводит руками, он пожимает плечами.
Так, ясно.
Кажется, мне конец.
Бросаю взгляд на гримуар… Я спёрла его у ректора – озабоченного сокровищами драконищи. Не исключено, что гримуар ему хранить у себя разрешено (ну, мало ли какие исследования ведут в академии на эту тему), и если я об гримуаре расскажу, то практически признаюсь, что обокрала ректора.
