Сердцебиение учащается до головокружения, и волосы дыбом.
– Валерия, успокойся, – звучит за спиной размеренный голос ректора Дегона.
Хотела бы я, да не получается. Парализованное тело холодеет от ужаса: это всё равно, что стоять спиной к тёмному проходу и не иметь возможности обернуться.
– Что со мной будет? – Жалобно смотрю на Эзалона.
Сзади что-то ударяется об пол. Уши закладывает, как при перепаде давления, и становится очень тихо.
Ректор продолжает всё тем же размеренным, каким-то неживым голосом:
– Валерия, обстоятельства сложились так, что тебе опять надо делать выбор.
И чтобы это сказать, они меня чуть до смерти не запугали? К иссушающему страху добавляется гнев. И обида. Навернувшиеся слёзы сдерживаю с трудом.
Вновь шелестит одежда, голос ректора Дегона раздаётся ближе:
– Похоже, страх и желание противостоять невзгодам нового мира повлияли на результаты теста так, что ты оказалась на боевом отделении. Но, возможно, это к лучшему…
Он томит молчанием.
– Почему? – почти вскрикиваю я, и сердце обмирает от того, как звонко он прозвучал в окутавшей нас неестественной тишине.
"
"– Способности, которые у тебя открылись, говорят, что в глубине души, – поясняет ректор почти над ухом, – в самом сердце своей натуры, ты подобна нежному цветку, который так легко повредить… У тебя была лишь предрасположенность, эти способности могли не открыться, но серия неподконтрольных активаций источника и отсутствие браслета сделали своё дело. И у меня нет права накладывать на тебя печать, блокирующую эти способности.
Эзалон пересаживается на стул возле стены, и это выглядит побегом.
– Валерия, тебе ещё повезло, – уверяет он с безопасного расстояния. – До того как магоинженеры придумали технологию контроля начальных активаций, отбор представлял угрозу для одарённых: можно было умереть, получить способности с отклонениями или альтернативным принципом активации. Стандартная усреднённая активация стала нашим спасением, но иногда… порой всё же случаются осечки. От них никто не застрахован.
– Это слабое утешение, – сообщаю я. – Скажите уже, что со мной!
На этот раз отвечает ректор:
– Правильность работы твоего источника проверит мисс Клэренс. Что касается способностей… В твоих интересах даже не знать, что это. Скажу только, что подобные тебе очень востребованы, за ними даже охотятся. Но для некоторых эта разновидность дара опасна, поэтому одарённые с ней долго не живут. Особенно последние пятнадцать лет.
Всё-то у меня не слава богу.
