И наказывали только во внеурочное время, чтобы на учёбе не отражалось, а ты пропустила знакомство с наставником… – Он укладывает мои запястья на свою широкую ладонь, ласково проводит по ним, накрывает рукой. – Отменить наказание я не могу, только остановить неправомерную его часть.
И стоит, и смотрит в глаза. Опускаю взгляд на согретые его ладонями запястья. Молчание снова становится неловким, и я разбиваю его нервным:
– Кхм.
Арендар выпускает мои руки, и я проворачиваю запястья: чистые, ни следа от пыльных браслетов Фабиуса.
– Спасибо. Как ты это сделал? – Осторожно поглаживаю чистую кожу. – Глупый вопрос, конечно, ты же наверняка очень сильный маг. Зачем ты вообще здесь учишься?
Краем глаза замечаю его улыбку.
– Налаживаю связи, углубляю знания, отбираю соратников и подчиненных, – небрежно отзывается он.
– Ну, да, наверное, разумно.
Его нежные пальцы снова пробегаются по моим запястьям, и по моей спине проносятся мурашки. Эта смущающая близость мешает думать. Арендар обхватывает меня за плечи и разворачивает к двери.
– Здесь не самое лучшее место для разговоров. – Он ведёт меня к окну в конце коридора. Отпускает, но останавливается до неприличия близко ко мне. – За что тебя наказали?
– Вильгетта споткнулась при трансформации и сломала руки. В этом обвиняют меня.
Несколько мгновений Арендар пытается это осмыслить и одаривает меня изумлённым взглядом:
– Но почему тебя?
Пожимаю плечами. Заступничество принца хорошо сейчас, но как это скажется в перспективе? Воспользовавшись его помощью, я покажу свою слабость и неспособность себя защитить, а если он потеряет ко мне интерес или закончит обучение…
Мысли прерывает властный голос Арендара:
– Полагаю, это недоразумение.
Когда Дегон вернётся, я с ним поговорю.
– Нет, не надо. Я должна сама с этим разобраться.
– Зачем?
– Боевой я маг или как? – нарочито весело отзываюсь я. – Будет смешно, если не смогу справиться даже с такими проблемами.
Арендар медлит, продолжая гипнотизировать взглядом. Его ноздри вздрагивают, и выражение глаз меняется.
– В таком подходе есть здравый смысл, – кивает он. – Но если не получится, обязательно обратись ко мне. Ты… прости за откровенность, но сейчас ты даже более уязвима, чем сирота. Потому что даже безродный сирота, хоть его и некому защитить, знаком с реалиями мира и понимает, когда надо остановиться, а ты нет.
Это намёк на родовитость Вильгетты? На то, что с ней мне не тягаться? Уже догадалась, но я надеюсь повлиять на неведомого Ингара.
