С соседкой по комнате познакомилась?
– Да, спасибо, соседка у меня просто отличная.
– Это замечательно, – улыбается мисс Анисия. – Мы с профессором Эзалоном решили, что девушка из торгового сословия прекрасно подойдёт тебе в компаньонки. У торговцев зазнайства поменьше, чем у благородных, а связей бывает и побольше того, особенно таких, которые потом помогут работу подыскать.
– Э… спасибо за заботу, – отзываюсь я, хотя такой подход слегка смущает цинизмом.
В холле раздаётся грохот. Всплеснув руками, мисс Анисия забегает внутрь, на ходу вытаскивает из кармана палочку со звездой на конце.
Я заскакиваю внутрь и чуть не вляпываюсь в мыльную лужу.
– Вот ведь растяпа, – причитает мисс Анисия, размахивая жезлом-усилителем. – Так отвлеклась на этого охальника, что поддержать заклинание забыла. Ох уж этот Геринх Дольф.
Повинуясь взмахам жезла, губки взмывают к зеркалам во всю стену и начинают их натирать. Ещё несколько взмахов – и поднимается опрокинутое ведро, а разлитая вода заныривает в него.
– Здорово, – тихо произношу я.
Теперь понятно, почему у них так мало персонала: магия и големы наверняка обходятся дешевле.
– А, пустяки, – отмахивается мисс Анисия. – Для этого только внимательность и нужна. Кстати, если увидишь Геринха Дольфа, передай, что если он не вернёт гульфик доспехам, то рискует остаться без того, что им прикрывает.
– Неужели оторвёте? – испуганно ляпаю я, хотя, с другой стороны, мало ли какие тут наказания практикуют.
– Нет, конечно, но доспехи ещё позапрошлый ректор зачаровал, и они… мм, имеют неприятную привычку по ночам самостоятельно возвращать утащенные шутниками-студентами элементы. И, насколько мне известно, деликатностью при этом не отличаются. Так говорят среди сотрудников, на самом деле их уже несколько лет никто не тревожил.
– Хм, ну, значит, Геринха ждёт весёлая ночь, – невольно усмехаюсь я.
– Похоже на то, – мисс Анисия хмыкает, её глаза задорно вспыхивают.
– В конце концов, мы его просили отдать, если не вернёт гульфик, сам виноват.
Заговорщически подмигнув мне, она снова взмахивает палочкой, и губки начинают бодрее протирать зеркала.
А я, поднимаясь по лестнице, осознаю, что до ужина ещё пару часов, и можно понежиться в ванной – мне сейчас не помешает расслабиться.
***
Расслабиться особенно не получается: лёжа в тёплой душистой ванной, я не могу выкинуть из головы ситуацию на границе.
