Я жадно пил её, сжимал тонкое тело в руках, и не мог насытиться, настолько она была сладкой, податливой и желанной. Самой желанной в мире.
— Что же это такое? — раздался встревоженный голос Марты, и мы с Дарьей, тяжело дыша, прервали поцелуй.
У полусгоревшей двери появилась обеспокоенная домоправительница. Но поняв, что пришла не вовремя, поспешила уйти. Вот только момент был упущен. Придушено ойкнув, Дарья вновь запахнула рубашку и буквально соскочила с моих колен.
— Больше так не делай, — притопнула она ногой.
— И мне не позволяй.
Твёрдо чеканя шаг, она направилась на выход, игнорируя мою улыбку.
— Ничего не могу обещать, — бросил ей вслед.
Прикрыв лицо ладонью, я откинулся на кровать. Вот как после такого думать о делах?
/Дарья/
— Наказание какое-то, — грустно протянула я, отламывая кусочек от румяной булочки.
Когда Марта, видимо, из вежливости, спросила, где я намерена завтракать, ответ вырвался сам собой. И в итоге утренний приём пищи проходил в моих покоях, как бы пафосно это ни звучало.
Но как сидеть за одним столом с Дэкстером после того, что произошло? Он видел меня голой, а я его почти голым. Ещё и выжгла несколько дверей, пока неслась к нему на огненных крыльях. И сама его поцеловала. Ужас!
— И-и-и! — прикрыв глаза, я растрепала волосы, пытаясь успокоиться сразу ускорившее своё стук сердце.
Разве это нормально летать, гореть, терять голову от запаха мужчины? Это как-то… не по-человечески. Вот только пора бы уже признать и принять, что я не человек.
Дэкстер прав, я ощутила что-то внутри, вторую сущность, взбесившиеся инстинкты, не знаю, но это напугало и взбудоражило одновременно. Только почему я не человек? Жила же всю жизнь почти нормально, а тут…
— Чего ты за голову хватаешься, Даша? — спросила у меня Властелина, запрыгивая на столешницу.
— Я утром летала. Почему ты меня не остановила?
— И рискнуть шерстью? Надеюсь, ты несерьёзно. Я за тобой наблюдала, ты летела к своему самцу. Значит, всё нормально.
— Очень заботливо с твоей стороны, — фыркнула я.
— Знаю, не благодари, — кивнула кошка, не распознав сарказма в моих словах.
— Ладно, давайте, пока мы одни и ничего не происходит, рассказывайте про Иогана. Были ли у него подозрительные гости? Лео, кто работал в лаборатории? — обратилась к закопавшемуся в тарелку с зёрнами хомяку.
— Иоган не любил гостей, — Властелина потянулась и разлеглась на столе, подвинув вазу с конфетами к самому краю.
Пришлось срочно спасать посуду.
