Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Мир сузился до койки больного, мы стали с ним единым организмом. Вместо звуков в ушах — только гудение крови. Я дышала глубоко и сильно, и грудь Лусима вздымалась так же.

Кожа его согрелась, бледность уходила. Дыхание выравнивалось, а чернота растворялась, бледнела, ее место занимал ровный алый цвет.

Не знаю, сколько все это длилось, время перестало иметь значение. То ли минута прошла, то ли несколько часов. Я рискнула убрать руки только тогда, когда темные потоки исчезли полностью.

Моргнула — мир вернул свои обычные краски.

Пискун издал победный клич, а я вдруг пошатнулась. Делла подхватила меня под руку и спросила тревожно:

Я прислушалась к организму — тело окутала легкая слабость. Лусим погрузился в глубокий сон, дыхание было спокойным и ровным.

— Пресветлая Матерь… — зашептала Лайна, и губы ее дрожали. — … чудо. Просто чудо! Волшебство…

Она упала на колени перед ложем отца и расплакалась.

— Эл, ну я же говорил! — Тиин запрыгал, как воробушек. — У тебя получается, надо только поверить в свои силы!

Мои чувства были… смешанными.

Или я просто боялась поверить в свою обновленную личность, в новые способности и возможности. Дверь так близко, стоит лишь потянуть за ручку, осмелиться и открыться новому.

— Нужно осмотреть остальных, — и решительно направилась к вчерашнему жениху.

Парень лежал на кровати такой же обессиленный, как его отец до этого.

На этот раз я действовала увереннее: нельзя медлить и позволять страху и брать верх.

Магия — почти такой же инструмент, только требует более тонкой настройки.

В следующие несколько часов я успела опробовать силы еще на четверых, а потом резко накатила слабость. Под охи и ахи Деллы, следовавшей за мной неотступной тенью, сползла на пол и сказала:

— Хочу есть.

Уже знала, что магическую энергию восстанавливают еда и сон — это особое топливо. И если боевые маги больше всего нуждаются в жирной, масляной и мясной пище, то целители — во фруктах и овощах.

Но я была не согласна с такой несправедливостью! Поэтому, когда мне наперебой начали предлагать утку, жареных карасей и яйца, не отказывалась. Ела так, что за ушами трещало, да еще и закусывала свежим луком и хрустящим хлебом.