Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Представлял, как я убегаю из госпиталя, теряя тапки.

— Я не передумаю, нейт Лейн. Если вы боитесь, что я испугаюсь, то смею вас заверить, что видела и не такое. Но мне понадобятся ассистенты. Если не возражаете, я бы хотела взять нейта Йена и… вас, — я улыбнулась так мило, что от сахара в моей улыбке могла отказать поджелудочная.

— А что так? Сами не справитесь? — спросил он с притворным сочувствием.

— К сожалению, эта операция сама по себе требует участия нескольких рук, а у меня выросло всего две.

Кто-то из практикантов захихикал, но нейт Лейн строго шикнул, и снова воцарилась тишина. В глазах его отразилось все коварство этого мира. Он думал, что я сразу струшу и отдам бразды правления ему.

— С удовольствием посмотрю, как вы будете справляться, нейра Эллен. Обещаю, что не буду вам мешать, более того, стану выполнять ваши указания, как будто это вы — глава лекарской гильдии.

— По рукам! — согласилась я, не раздумывая.

Мы прошли в большой светлый зал. В одном его конце стояли пустующие койки, в другом, у окна, расположился операционный стол.

Брр, ну и методы! Еще бы дубинкой по башке шарахнули.

Нейт Лейн остановился шагах в десяти от больного и декламировал:

— Тай Отто, тридцать два года. Бездомный. Гангрена правой стопы и нижней трети голени, — перевел взгляд на меня. — Что скажете, нейра?

Я приблизилась.

— Не надо, прошу вас… Я не хочу терять ногу! — провыл он жалобно.

У меня сжалось сердце. Вот ведь Лейн! Он бы не отдал на растерзание практикантке какого-нибудь толстосума, решил подбросить бездомного. Даже если тот умрет, никто не будет разбираться.

Нога выглядела ужасно, налицо все признаки некроза, и запах соответствующий. Этот парень поранил стопу, в рану попала инфекция и началась гангрена. Тут даже магия не поможет.

— Миленький, если это не удалить, ты просто умрешь, — сказала я ласково, глядя ему в глаза.

— Хватит миндальничать, за дело! — велел нейт Лейн, но я обожгла его злым взглядом и напомнила:

— Вы отдали бразды правления в мои руки.

Он нетерпеливо фыркнул. И в этот момент в зал вкатили смутно знакомую штуку — деревянная рама, широкая перекладина с круглым отверстием и… лезвие.

От увиденного я чуть не поседела, а пациент снова взвыл и задергался.