Стена дворца по-прежнему промята, а часть крыши пробита когтями Элоранарра.
– Оиии! – пищит снизу.
Наклоняя голову, чуть не врезаюсь в землю – меня ведёт из-за вздёрнувшегося хвоста. Тревога Арена ударяет по нервам.
Уменьшившаяся Пушинка с высоты драконьего роста кажется крошечной.
Осторожно опускаюсь на брюхо и укладываю хвост рядом. На первый раз хватит телодвижений. Пушинка обнимает мой нос и вздыхает. Еле ворочая языком в непривычно длинном и клыкастом рту, спрашиваю Арена:
– Что произошло? Почему мы снова прошли отбор?
Цепляясь коготками за чешуйки, Пушинка забирается мне на макушку.
Арен снова блаженно щурится. Мотнув головой, поясняет (и как ловко у него получается с такой-то пастью!):
– Похоже, мы ошиблись, предполагая, что суккуб не повлияла на отбор в Академии, куда мы увезли артефакт раньше времени. Она успела его испортить. То, что ты моя денея, позволило пробить влияние крови отца, но артефакт не опознал твою истинную суть, ведь ведущей была его кровь, а для отца ты не денея, и поэтому артефакт давал тебе магии, как избранной, а этого мало для трансформации.
Вчера же… Пушинка добавила мою кровь на активированный артефакт. Но второго отбора не было бы, если бы она его не зарядила. – Арен посмеивается. – Шарону долго будут припоминать, как его чуть не проглотили.
– Пф! – Пушинка растягивается на моей макушке.
Тянусь погладить её, но ужасно неудобно делать это лапой (а с такими когтищами может быть даже опасно), и я оставляю попытки её приласкать.
– Осталось понять, как она догадалась, что надо делать, – Арен прищуривает золотистый глаз.
«Вы одинакового оттенка», – мягкий женский голос похож на журчание воды.
Подскакиваю, чуть не перекувыркнувшись, оглядываясь по сторонам. Шея-то какая длинная! Пушинка крепче вцепляется в чешуйки.
– Ты это слышал? – неловко верчу головой, осматривая мерцающие защитными чарами окна дворца.
– Что? – Арен тоже поднимается, шипы на его хребте встают дыбом.
«Лера, успокойся, – продолжает журчать голос. – Это я – Пушинка».
– Ты можешь со мной разговаривать? – скашиваю взгляд вверх, но видно только золотые кисточки на голубом фоне небес.
– Ты о чём, Лера? – Арен надвигается на меня.
– Пушинка со мной говорит. Мысленно.
«Да, могу».
– Почему раньше молчала? – меня так переполняет изумлением и обидой, что даже язык активнее шевелится.
«Попытки общения с твоей человеческой сущностью, скорее всего, обернулись бы выжиганием твоего мозга».
– Тогда спасибо, что молчала. – Лапой закрываю Арену пасть.
