Попаданка за штурвалом

Этакий покровительственный жест, ничего предосудительного, но князь аж вскидывается. К счастью, ему хватает выдержки, только пальцы сжимает, будто в воображении душит чинушу.

На лицах воздухоплавателей отражается недоумение, а я догадываюсь, что сейчас будет.

— Он что-то ещё натворил? — слышу я тихое ворчание главы.

— Полагаю, все вы слышали о том, что вчера едва не случилась катастрофа. Командир и его помощник оба оказались мертвы. Пассажирский парусник шёл прямиком в Бездну. Даже на скоростном челноке было бы невозможно догнать парусник до того, как он на полном ходу разбился бы о землю.

Казалось бы, что трагедия была неизбежна, но на борту, на верхней палубе, пассажирском отсеке, примыкающем к рубке, находился Дженсен Рат. Парусник был спасён профессионализмом Дженсена в первую очередь и наземной поддержкой Альянса, я не не могу не отметить слаженную работу диспетчера и инструктора.

По залу проносится вздох.

На меня смотрят с неподдельным изумлением. Ну да, нахалёныш Джен, которого они знают и не прочь погонять шуточными подзатыльниками, когда я веду себя особенно нагло, и вдруг герой.

Говоря откровенно, я не думаю, что на моём месте они бы справились также хорошо. Не в упрёк тому же дяде Тару, но он больше полагается на традиционное ручное урпавление, а не на продавливаемые Альянсом контролирующие артефакты.

Чинуша зачитывает длинный приказ о признании моих заслуг и — с ума сойти! — присвоении мне звания героя-командира. И вместе с приказом вручает приглашение на церемонию награждения.

В зале раздаются аплодисменты.

Сперва единичные, хлопает дядя Тар и, неожиданно, князь. Он-то и задаёт тон. Люди, не оглядываясь, тоже апплодируют, а некоторые даже вскакивают.

— Спасибо, — растерянно отвечаю я.

Чинуша на прощанье снова хлопает меня по плечу и, пожелав обязательно прибыть на церемонию, так как её устроят исключительно ради меня, направляется к выходу.

В зале вскакивают с мест, и на меня надвигается толпа, а я пытаюсь сообразить, почему князь не вмешался? Он мог бы меня разоблачить, но вместо этого он хранит мой секрет и, кажется, даже поспособствовал появлению приказа.

— Ну, поганец. Ты почему мне вчера ничего не сказал? — возмущается дядя Тар.

— Джен, ты опять всё перебаламутил, — как то устало вздыхает глава клуба.

— Дженсен, позвольте мне лично поблагодарить вас, — через толпу протискивается князь.

— Что вы, не стоит, — улыбаюсь я, но получается натянуто.

— В благодарность я бы хотел пополнить флот клуба тремя челноками.