Попаданка за штурвалом

Однако Милан в ответ только улыбается, от вспышки злости не остаётся и следа, во взгляде проступает этакое снисходительное величие, будто он убеждён, что крутить его штурвал мне силёнок не хватит, и он заранее разрешает пробовать сколько угодно раз.

Вот посажу нянчится с младенцем вместо няни — будет знать.

Это как я так быстро до младенца додумалась?! Свят-свят! Рано мне о детях думать.

— Невеста передумала? — хмыкает женщина.

— Я действительно лишусь возможности управлять летающими кораблями? — переспрашиваю я.

— Внешность моя понравилась?

— Задавать столь личный вопрос с моей стороны было бы слишком грубо.

Кто вы, что способны расторгнуть помолвку, которую одобрили боги?

Хотя про внешность мне тоже интересно. Выглядит очень… экзотично. И я не могу сказать, что прям отталкивающе, хотя сама жить бы с такой внешностью точно не хотела.

— Какая ты скучная, — фыркает она. — Я жрицы Лейлы. Я почти также стара, как ваш Старый Дуб. Моя богиня покровительствовала красоте, юности и любви, поэтому мне нетрудно восстановить твои волосы.

Лейла… Я не знаю такой богини. Она из тех, кто предпочёл уйти? В прошлом богов было под сотню, если не больше. Нет, если бы Лейла Светлоокая ушла, то её жрица потеряла бы силу, но жрица сохранила дары своей богини. Однако Лейлу на островах не помнят и не почитают — загадка.

Женщина наверняка замечает немой вопрос в моих глазах.

В самом начале я прочитала немало храмовых книг, именно с них я начинала знакомство со своим новым миром. Старый пантеон мне был не особенно интересен, я не искала информацию специально, но и не пропускала, если она мне всё-таки попадалась.

Лейла, богиня красоты…

— Старшая сестра Кионы? — озаряет меня.

Киона была богиней рек и погибла вместе с мужем, защищая землю от ринувшихся из Бездны полчищ.

— Верно, деточка. Ишь, помнишь. Вот он, — она невежливо указывает на Милана пальцем, — не помнил.

— Но я не помню, что произошло с вашей богиней.

— В день, когда Киона и Райз погибли, Лейла была там, но она не сражалась — это точно известно.

Возможно, её схватили демоны, или она отравилась дыханием Бездны, или… За сотню лет я придумала десять сотен версий. Правда в том, что я не знаю, где Лейла. Всё, что я знаю, это то, что она ещё жива, а значит жива моя надежда. Садись, детка, будем восстанавливать твои волосы.

— Спасибо. Простите, я так и не знаю, как к вам обращаться.

— Обычно меня зовут старой каргой, — хмыкает жрица.

Она скрывается в недрах трюма и возвращается с длиннозубым костяным гребнем.