Попаданки и повелители змей

Черноволосый принялся грубо тискать мою грудь и одновременно поглаживать огромный член, который выскочил между разошедшимися роговыми пластинами и теперь натягивал набедренную повязку. Блондин прижался ко мне не менее огромным членом, уже освобожденным от повязки и полез между ног… Я сжала бедра, благодаря бога за то, что на мне плотные брюки из ткани по типу джинсовой. Особенно не прощупаешь. Однако гад быстро понял это и занялся застежками на брюках… А затем, когда ему надоело, одним легким движением пальца оторвал их все.

Застежки пулями разлетелись в стороны и с глухим звуком рассыпались по дороге.

Третий гад, пыхтя, вытащил свой член из набедренной повязки и пристроился ко мне с другой стороны, занявшись блузкой. Расстегивать он ее не стал, разодрал на части и сорвал с тела.

Черноволосый тем же способом избавил меня от бюстгальтера. Я максимально стиснула бедра, потому, что в промежность полезла рука блондина. Грубо так, бесцеремонно. Причем, прежде, чем заняться моей промежностью, гад облизал пальцы… Медленно так, с чувством… Видимо, для лучшего скольжения.

От омерзения меня всю передергивало. Тошнота подкатывала к горлу, сотрясала болезненными спазмами. Но нагам было на это глубоко наплевать.

Я попыталась дернуться, но ноги зафиксировали сильнее, даже щиколотки окончательно одеревенели.

Блондин ненавязчивым жестом разорвал мои брюки, оставив меня в одних трусиках. А затем – и они отлетели в сторону драным куском серой тряпочки.

Холод охватил все тело, вместе с оцепенением.

Кричать бессмысленно – я в квартале высокородных и никто здесь не станет драться с себе равными. Если не согласен с их действиями, вызовет на поединок. Но позже. Когда эти твари уже все сделают… Получат удовольствие…

Одна радость – в таком положении они вряд ли смогут залезть своими огромными агрегатами ко мне между ног. Туда едва пальцы и протискивались.

– Что вы делаете? Отпустите! Я буду жаловаться!

Меня не слушали. Пытались забраться в промежность пальцами, терлись огромными уже влажными членами и хватали везде, где ни попадя.

Было так противно, что хотелось умереть. Вот прямо здесь, посреди этой проклятой улицы. Если бы ехала машина, я бы под нее бросилась. Но наги не пользовались таким транспортом, предпочитая ездить на калхах – животных, вроде трехрогой лошади. Куда забирались, естественно, в человеческом обличье.

Три гадкие рожи пыхтели, шесть рук безостановочно лапали. Я взвизгнула, когда пальцы блондина все-таки проникли в промежность.