Попал-не пропал

Первые изменения наступили только на девятый, или на десятый день после того памятного «Совета в Филях», хотя… может быть и раньше, но я не придал им значения. В общем, куда-то исчезли мои соседи. Да-да, вампиры исчезли, пори чем, я даже и не заметил когда, а обратил на этот факт внимание, только после того, как на лекциях не появились еще и кризы — пара молодых и довольно симпатичных девчонок, а потом словно лавина сошла — на лекции перестали ходить фреллы, за ними куда-то исчезли дроу, а еще через пару дней и дварфы.

А на пятнадцатый день, «исчез» и я. Ну, не исчез, конечно, просто одним прекрасным вечером, после довольно изнурительной тренировки с Войтаном, я, как обычно, рухнул на кровать, а проснулся в совершено другом помещении. Сначала я даже подумал, что древний искатель решил устроить мне еще одну тренировку, но все оказалось намного сложнее и проще одновременно.

Совсем маленькая комната, скорее даже не комната, а самая настоящая коморка, три на три метра.

Стены сложены из грубо обработанных каменных блоков, потолок низкий, я даже, когда встал, непроизвольно пригнулся, потому как нависающий над головой свод находился на высоте, вряд ли больше пары метров. Удобства были представлены ночным горшком и подвешенным на кожаном шнурке кувшином. Кровать, стул и что-то вроде небольшого комода, вот и вся обстановка. Появилась мысль, что я в камере, самой обыкновенной, тюремной камере, разве что «повышенного комфорта», наверное, за мои «заслуги». Но, беглый осмотр показал, что в этот небольшой комод, кто-то умудрился засунуть все мои вещи, даже книги уютно расположились на нем. Единственное чего не хватало, так это почти собранного печатного станка, а все остальное было тут, в том числе и шаггард, и моя шпага, и, даже, мой рюкзак. С одной стороны, это радует, по крайней мере, я, точно, не похищен, не плену и не в тюрьме, а с другой… как-то все это выглядит «не айс».

«Ладно, поживем, увидим, чем все это закончится, надеюсь, что долго держать меня в неведении не станут.» — с этой мыслью я улегся на кровать и принялся ждать. Чего? А и сам не знаю — в голове абсолютная пустота и непонимание происходящего. Правда, бьется в этой пустоте какая-то мысль, нет, даже, можно сказать, мыслишка, что я что-то упускаю, но поймать ее мне никак не удается.